40-е годы 20-го века. Где-то на неб...

Мужик советуется с другом:
- Чего бы подарить жене на 8 Марта?
- А ты, как в прошлый год, кинь ей за ночь 8 палок!
- Не, нынче уже столько не потяну!
- Ну, давай с мужиками скинемся!

В школе первоклассники украшают класс к Новому году. Учительница спрашивает у Маши: — Что ты делаешь, Машенька? — Я хочу сделать снежинок. — Молодец какая, Машенька! Вот тебе бумага, вот тебе ножницы, вырезай! Молодец, Машенька, умница!!! А ты что хочешь делать, Петенька? — Я хочу украшать ёлочку. — Молодец, Петенька! Вот тебе игрушечки, украшай ёлочку! Молодец, Петенька, умница!!! А ты что будешь делать, Вовочка? — Я хочу захреначить по потолку жёлтую ленту! Учительница расстроилась и побежала к директору. Привела его. Директор спрашивает: — Вовочка, что ты сказал своей учительнице, что он так расстроилась? — Она спросила, что я буду делать для того, чтобы украсить класс к Новому году. Я сказал, что хочу захреначить по потолку жёлтую ленту, а она почему—то расстроилась.. Директор обращается к учительнице: — Ну что вам не нравится? Не нравится жёлтая — захерачьте красную!!!

Стоят две девятиэтажки напротив друг друга. Один сосед орет другому.
— Миша! У тебя когда день рождения?
— В январе. А зачем тебе?
— Я тебе шторы подарю. А то весь дом видит как у тебя жена мин@т делает.
— А у тебя когда?
— В апреле. А тебе зачем?
— Я тебе бинокль подарю, чтоб ты видел чья это жена.

Уже столько лет прошло, а я опять радуюсь, что не нужно 1 сентября идти в школу!

Первоклассника тащат в школу.
Он во всю упирается и кричит:
– Одиннадцать лет! За что!?

Девушка звонит парню
— Миша, меня после клуба так колбасит: башка раскалывается, пол дня блевала, еще пол дня дристала.
— Юля, подожди, я хоть громкую связь отключу.
— У тебя кто-то рядом?
— Пришли твои родители познакомиться с моими, вот сидим на кухне пьем чай.

- Так, Вовочка, завтра в школу с родителями.
- Но, Марья Ивановна, сегодня же только 1 сентября!
- А в нашей школе с этого года вводятся превентивные меры!

Родители ведут первоклассника в школу, он хнычет и возмущается:
- Одиннадцать лет! За что?