Абрам, ты шо, разделяешь христиа...

Исходя из того, что сокровища фараонов до сих пор не найдены, евреи ушли из Египта не с пустыми руками.

Идет еврей вдоль реки, смотрит - опускается НЛО.
Ну, еврей нарвал на полянке цветов и с букетом бегом встречать братьев по разуму.
Подбегает к тарелке, та открывается, оттуда выходят два зеленых таких гуманоида.
Еврей, радостно:
- Шалом, дгузья
Один инопланетянин другому:
- Вот блин, они уже и тут высадились.

Еврей и итальянец беседуют. Говорит итальянец: — Римляне, когда копали землю, нашли кусок проволоки. Выяснили, что в древнем Риме была телефонная линия. Еврей: — Еще раньше римлян наши копали, и ничего подобного не нашли. Это значит у нас был радиотелефон.

Раннее лето, утро, солнце, обалденная погодка. Выходит на улицу старый еврей, видит обалденную радугу. Грустно качает головой:
- Нет, ну надо же! На это у них деньги есть!

Одесса. Привоз.
- Мадам, посмотрите, какой шикарный молочный поросёнок! Если при этом его ещё и правильно приготовить, то ваш муж будет в восторге!
- Мы свинину не едим.
- Так вы евреи?
- Хуже! Мы - бедные евреи...

Самая высокая пирамида была построена не рабами в Египте, а евреями в
Америке.

Несправедливость - рулит, справедливость - тормозит

Попали на необитаемый остров грузин, русский и еврей. Еды на острове нет никакой. На пятый день решили тянуть жребий, чтобы решить, кого нужно съесть. Самая короткая палочка досталась грузину.
Ну, короче, съели его, живут дальше. Опять начали голодать. Только решили снова тянуть жребий, как к острову подплывает корабль.
Капитан сходит на берег и видит двух тощих людей.
— Вы кто? — спрашивает.
Еврей оборачивается к русскому и говорит:
— Ну, я же тебе говорил!!!

Обама:
- Для великой Америки фундаментально важны две вещи - справедливость и выгода для нашей страны. Тем более, что это, по нашему глубокому убеждению, одно и то же.

— Как звали одноглазого русского полководца, который разбил Наполеона? — спросил Брежнев у Косыгина. — Кутузов. — А английского одноглазого адмирала? — Нельсон. — А как зовут этого одноглазого еврея? — Даян. — А почему у нас маршал Гречко до сих пор с двумя глазами?