Чиновник в магазине:- А у вас огнеу...

Если в магазине вы увидели человека, покупающего веревку и мыло - это совсем не обязательно самоубийца. Может быть, он просто чистоплотный альпинист.

В книжном магазине.
- Андрей Белый есть у вас?
- Нет. Могу предложить Сашу Черного.

В нашем спортивном магазине вы можете купить всё для подводного плавания: гирю, веревку и тазик с цементом.

Акции у них в магазинах...
А я хочу коммуналку по акции!
Круглый год! И чтоб воду не отключали!

Мужик заходит в книжный магазин и обращается к продавцу:
- Мне бы какую-нибудь захватывающую книгу, от которой было бы невозможно
оторваться.
- Есть очень хороший детектив, который читается на одном дыхании, там
происходит целая серия убийств, и никто не может догадаться, кто убийца.
- Отлично, это то, что мне нужно. А как называется эта книга?
- Сейчас посмотрим… «Сторож-убийца» она называется.

Есть Кока-Кола с именами... А что если в будущем всё будет именным? Идёшь в Магазин, а там "Это твоя колбаса, Лёша", "Это твои чипсы, Лиза" или "Это твоя туалетная бумага, Виталик".

Дом 2 надоел, хочу новое реалити- шоу... например как чиновники будут получать зарплату 8-12 тыс. рублей. Платить коммуналку и другие налоги, собирать детей в школу и детсад, одевать, обувать. Ну, в общем, как ЛЮДИ, вот было бы зрелище! КТО ЗА, лайк ?

Заходит Винни-Пух в магазин.
– У вас свинина есть?
– Есть.
Винни-Пух достает пулемет, передергивает затвор…
– За Пятачка!

Заходит новый русский(НР) в магазин, а впереди тетка набирает кучу шоколадок и просит пять голубых " Баунти" и пять розовых.
НР спрашивает у продавца:" А чем отличается голубой Баунти от розового?"
Продавец ему отвечает:" Голубой Баунти с молочным шоколадом, а розовый
- с черным."
"Ну, ты гонишь, чувиха"- отвечает НР : " По понятиям правильных пацанов все должно быть как раз наооборот, в натуре!"
-Почему?
- Да потому, дура, что голубые всегда пачкаюся сверху черным, блин, говном, в натуре, а розовые,блин, кроме молока из себя выдавить, конкретно,ничего не могут.

Объявление.
Согласен стать донором и отдать для трансплантации свою совесть какому-нибудь остро в ней нуждающемуся чиновнику.