Что бы ни писали современные детски...

— Так куда же мне вас отвезти, месье Конан Дойл? — почтительно осведомился усатый таксист.
— О, вы знаете меня? — приятно изумился писатель.
— Впервые вижу, — признался шофёр, — но я воспользовался вашим дедуктивным методом!
Выдержав паузу, он гордо продолжил:
— Во–первых, я прочитал в газетах, что Артур Конан Дойл вот уже две недели находится у нас, во французской Ривьере, на отдыхе.
Во–вторых, поезд, с которого вы сошли, марсельский. Ваш загар можно приобрести, проведя на побережье Средиземного моря, как минимум, дней десять.
Далее, на среднем пальце вашей правой руки имеется несмываемое чернильное пятно, из чего можно заключить, что вы писатель.
По манере держаться вы врач, покрой платья, определённо, лондонский.
Таким образом, сведя все наблюдения воедино, я сказал себе: Вот он, Конан Дойл, — прославленный творец великого сыщика!
— Да вы сами почти Шерлок Холмс! — потрясенно произнёс писатель.
— Так–то оно так, — немного замялся таксист, — Но я заметил еще и ярлык, приклеенный к вашему чемодану. На нем крупно выведены имя и фамилия!

Вот проблема с этими творческими людьми: они всегда желают быть композиторами, художниками и писателями.
В результате производством труб большого диаметра занимаются бездарности.

Дети, помните! Каждый раз, когда вы дразните какого-нибудь Антона неприличной рифмой, в гробу переворачивается великий русский писатель Антон Павлович Чехов, которому очень стыдно за вас!

В детстве я хотел быть писателем, как братья Стругацкие, и написать что-нибудь столь же увлекательное, как их "Трудно быть богом". Но с годами у меня зреет предчувствие, что роман будет автобиографический и называться он будет "Грустно быть долбо**ом".

Недавно перечитывал Марка Твена, одного из любимых писателей. Как же он актуален, даже в наши дни. Оцените сами: Если тебе нужны деньги, иди к чужим; если тебе нужны советы, иди к друзьям; а если тебе ничего не нужно, иди к родственникам.

Молодой писатель пожаловался отцу, что не знает, как назвать новую повесть. Тот, не читая книги, спрашивает:
- В повести есть барабаны?
- Нет.
- А трубы есть?
- Тоже нет.
- Тогда назови ее "Без труб и барабанов".

Молодой писатель пожаловался отцу, что не знает, как назвать новую повесть. Тот, не читая книги, спрашивает:
- В повести есть барабаны?
- Нет.
- А трубы есть?
- Тоже нет.
- Тогда назови ее "Без труб и барабанов".

30-е годы. Москва. Маленький мальчик разбил окно мячом и теперь убегает от дворника. Бежит он и думает: "Черт меня дернул пойти гулять. Сидел бы сейчас дома, читал своего любимого писателя Хэмингуэя".
А в это время на Кубе его любимый писатель Хэмингуэй ловит рыбу и думает: "Черт знает, что я здесь делаю?! Лето, жара, потные темнокожие. Вот сидел бы сейчас в Париже, со своим другом Андре Моруа и пил кофе. Монмартр, кафе, шансон, девочки..."
А в это время в Париже его друг французкий писатель Андре Моруа сидит в кафе на Монмартре и думает: "Чертов Париж! Шлюхи, липкие столики, бесконечный шансон. Вот сидел бы я сейчас в Москве, со своим другом русским писателем Андреем Платоновым и говорил бы с ним о литературе... "
А в это время в Москве его друг русский писатель Андрей Платонов бежит по двору с метлой и думает: "Догоню гада — убью!"

Беседуют два писателя:
- Что-то ты сегодня выглядишь расстроенным...
- Еще бы! Вчера, представь себе, я столкнулся с человеком, который никогда не слыхал о Шекспире!
- Ну, а тебе-то что?
- Шекспир-то ладно, но вдруг лет через сто и обо мне так же забудут?

Если вы видите человека, который ничего не умеет, ни к чему не пригоден и сменил уже множество работ, не спешите его прогонять — перед вами будущий писатель.