Детка! Я буду для тебя самым щедр...

Приходит мазохист в заведение.
– Мужчина, вы хотите любви?
– Нет, ненависти.

Если кто-то сделал тебе зло, не обижайся на него, а дай ему конфетку. Он тебе зло - ты ему конфетку, он зло - ты конфетку. и так до тех пор, пока у этой твари не разовьется сахарный диабет.

Урок по разборке и сборке автомата. Капитан: — Вопросы есть? — Есть, товарищ капитан. Почему автомат можно собрать и разобрать, а солдата нельзя? — Вопрос ясень, отвечаю. Вот представь себе, Синичкин, что ты себя разобрал и лег спать, а тут боевая тревога. Ты торопясь все собрал, а на место головы приделал жопу. И что получается: шапка не налезает, гимнастерка не застегивается, все орут "ура", а ты?

Свою любовь к роскоши патриарх Кирилл объясняет просто:
Кто-то же должен жить в райских условиях, чтобы доходчивее рассказывать пастве о том, как хорошо в раю.

Мальчик пишет письмо Деду Морозу:
- Дорогой Дед Мороз! У меня диабет, поэтому мне нельзя сладкого. Поэтому, пришли мне пожалуйста, ящик полусладкого!
Подпись: Ваня, 9 лет.

Сидит боцман с матросами-первогодками и травит, как он однажды выпал за борт и одним боцманским ножом дрался с десятью акулами. Конечно, победил!
Заходит старшина-сверхсрочник:
- Товарищ боцман, а год назад акул было пять!
- Все правильно! За год еще пять приплыли!

В 1560—е годы чемпионат Руси по стрельбе из лука и фехтованию неожиданно закончился взятием Казани.

Флирт - раздувая в ком-то огонь любви, легко подпалить свои крылья.

— Надо выпить, сегодня мусульманский
Новый год.
— Так мусульмане же не пьют.
— Так мы же не мусульмане.

Поезд. В купе, где едет монашка, заходит дама в шикарном норковом манто.
Монашка: - Господи! Сколько же стоит такая прелесть?
Дама: - Одна ночь любви... Снимает манто, под ним - ожерелье.
Монашка: - Господи! А сколько стоит такая прелесть?
Дама: - Две ночи любви... Дама снимает перчатки... На пальце - перстень с изумрудом.
Монашка (крестится): - Господи! А сколько же это стоит?
Дама: - Три ночи любви....
Ночь. Келья. Стук в дверь.
Монашка: - Кто там?
- Это я, отец Андре...
- Шли бы вы, отец, со своими карамельками!