Дровосек - пьянчуга, халтурщик, а...

Сидят утром в субботу два приятеля на кухне. Помятые немного, видать, перебрали чуть-чуть вчера. Гость говорит:
- Повезло, гляжу тебе с женой. Улыбчивая такая, тихая, не то, что моя.
- Да уж, вытащил счастливый билет. Вот сейчас, допустим, попросил бы я её за пивом сбегать - моментом бы мухой слетала.
- Так давай, действуй!
- Нет, не стоит, пожалуй, экспериментировать. Характер-то у жены лёгкий, но вот рука - тяжёлая.

К Брежневу в кабинет приводят старушку. Та ему говорит: — Леонид Ильич, разве вы меня не узнаете? Брежнев: — Нет, что—то не узнаю. — Ну это же я, Крупская. — Да—да! Теперь я вас вспомнил. — Наверное, вы и моего мужа знали? — Конечно! Кто же не знает старика Крупского!

Утром мужик с трудом продирает глаза, идет в ванну и смотрит в зеркало.
Харя вся поцарапана, под глазом фонарь, волосы всклокочены, майка порвана. .
- Б%я… опять инопланетяне похищали!..

Идет мужик по дороге, раз встречает Бабу-Ягу. Она ему и говорит:
– Возьми меня всю, добрый молодец, я красавицей стану!
Мужик думал-думал, ну и переспал с бабкой. Наутро просыпается – видит та же самая бабка на кухне возится. Он ее спрашивает:
– А почему красавицей не стала?
Бабка ему и отвечает:
– Вот ты взрослый мужик, тебе 36 лет! А все, как маленький, в сказки веришь!

Грузин приходит к любовнице домой в отсутствие мужа. Поужинали, выпили, улеглись в постель. Раздается звонок в дверь. — Женщина в ужасе начинает причитать, что, дескать это не иначе, как муж. Грузин лезет в платяной шкаф. — Муж некоторое время ходит по дому, пока в доме не начинается пожар. Муж с женой лихорадочно мечутся по квартире, в попыхах собирая вещи, которые можно вынести на руках. Глухой голос грузина из шкафа: — Мэбэл, мэбел выноси!

Мужику подарили попугая. Дорогого, красивого. Но ругается очень!
— И жена твоя, и теща твоя, и сам ты, хозяин трам-тарам-тарам!
Мужик уговаривал-уговаривал, клетку накрывал — никакого сладу с попугаем нет. Подумал, и засунул его в холодильник. Минут десять продолжались стук и жуткие ругательства, и вдруг — тишина. Мужик открывает дверцу, из холодильника попугай тихо:
— Извините, был неправ, страшно раскаиваюсь, и жена ваша, и теща, и вы сами чудесные люди, не разобрался, простите!
Мужик, растроганно:
— Ну ладно, с кем не бывает, забудь!
Попугай, ещё тише:
— Простите, а можно вопросик? А что там та курица натворила?!

Решил мужик оттянуться на красивых заграничных берегах. Поднакопил деньжат, купил тур, поехал с женой к тёплому морю. Отдохнул, собрался уезжать из отеля, и вдруг ему выставляют счёт: 10 тысяч франков. Мужик обалдел – за что?
А управляющий ему:
– Ну, вот смотрите. Автомобильная прогулка с дегустацией вин – две тысячи.
– Да вы что? Никуда я не ездил.
– В этом вы сами виноваты. Мы каждый день объявляли о прогулке. Дальше: выезд на яхте с рыбалкой – три тысячи.
– Какая рыбалка?
– Не знаю, не знаю, каждый день яхта к отелю приходила, надо было смотреть. Дальше вот: полёт на вертолёте над горами – пять тысяч.
– Какой еще вертолёт?
– Сами виноваты, что не пользовались. Каждый день вертолёт прилетал.
– Ах так? Тогда требую с вас пятнадцать тысяч франков компенсации за моральный ущерб.
– Какой ещё моральный ущерб?
– За то, что вы спали с моей женой.
– Я? Вашу жену? Да я к ней не подходил!
– Ну, это вы сами виноваты. Она каждый день тут на пляже лежала.

Ползет альпинист на скалу, вдруг видит – на вершине, зацепившись одной рукой за выступающий камень, в позе лотоса висит йог и читает книгу. Альпинист обалдел и спрашивает:
– А правду говорят, что вы, йоги, все можете?
Йог отрывает руку от камня, перелистывает страницу:
– Врут!

У палача - юбилей: тысячный клиент. Надо бы как-то отметить - побрился, причесался, новый костюм, накрахмаленный красный балахон надел, топор наточил, почистил зубным порошком
— блестит, как зеркало. Приходит на свое рабочее место и обращается к своему клиенту, ласково так, словно родному брату:
— Я тебе, как тысячному, все сделаю по высшему разряду, ничего не почувствуешь.
Сказано — сделано. Клиент, жалобно:
— Ну, кончай скорей!
— Да все уже.
— Как все, я же ничего не почувствовал.
— А ты попробуй, кивни