Два еврея разговаривают: - Слушай,...

Рабинович смотрит в театре "Марию Стюарт". Дела английской королевы идут всё хуже и хуже, и Рабинович заливается горючими слезами. Внезапно ему приходит в голову мысль:
"Боже мой, что я делаю? Я её не знаю, она меня не знает - с чего же мне так волноваться?"

Если Мойша желает провести отпуск на даче в лесу и пособирать там грибы, а его жена Циля на море, то они всегда находят компромисс и всей семьёй едут Египет. Но Мойше всегда разрешают взять с собой корзину для лесных грибов.

Умирает энергетик. Предстаёт перед апостолом Петром.
- Так, значит энергетик?
- Да.
- В ад. Да поскорей.
- Как, я же всю жизнь правильно жил, за что?
- Э, вы не так поняли. Им там срочно нужно котёл запустить.

Раввин: — Евреи, запомните. Есть три самых страшных греха. Первый грех — это злорадство. Если у соседа сдохла корова — не надо радоваться, надо посочувствовать человеку. Второй грех — это уныние. Если у тебя только одна корова, она старая и больная и дает мало молока — не унывай, а радуйся, ведь у кого—то даже такой коровы нет. Голос из толпы: — Ребе, но ведь радоваться, что у кого—то нет коровы — это же злорадство, страшный грех, вы же сами только что сказали. Раввин: — А третий грех — это занудство.

Это произошло в двадцатые годы.
Следователь Шейнин вызвал одного еврея.
Говорит ему:
— Сдайте добровольно имеющиеся у вас бриллианты. Иначе вами займется прокуратура.
Еврей подумал и спрашивает:
— Товарищ Шейнин, вы еврей?
— Да, я еврей.
— Разрешите, я вам что-то скажу как еврей еврею?
— Говорите.
— Товарищ Шейнин, у меня есть дочь.
Честно говоря, она не Мери Пикфорд.
И вот она нашла себе жениха. Дайте ей погулять на свадьбе в этих бриллиантах. Я отдаю их ей в качестве приданого. Пусть она выйдет замуж.
А потом делайте с этими бриллиантами что хотите.
Шейнин внимательно посмотрел на еврея и говорит:
— Можно, и я вам что-то скажу как еврей еврею?
— Конечно.
— Так вот. Жених — от нас.

В драке сантехника Васи и плотника Пети всегда виновен стоматолог Рабинович. Во-первых, потому что еврей. А во-вторых, потому что только он поимел прибыль, вставляя избитым новые зубы.

Мойша - Абраму:
– Ты видел, какие роскошные похороны устроили Рабиновичу? Боже мой – такие похороны! Такому человеку – и такие похороны! ... Ты только не подумай, это я не от зависти... Нет, нисколько я ему не завидую...

– Абрам! Я серьезно настроен поговорить о твоих родных!
– Ну, таки говори, Мойша.
– Я конкретно хочу поговорить о твоей маме!
– Ну, таки говори, Мойша!
– Абрам! Твою мать! Ты когда-таки вернешь мне долг в двести долларов?!