Два писателя сидят, неспешно выпивают.
Вдруг один говорит:
— Представляешь, мне сегодня приснилось, что я умер.
— Ох, прекрати.
— Серьезно, приснилось. Сон же дело такое, его бояться не надо. И вот я умер и подхожу к воротам Рая. А меня привратник не пускает. Говорит, что писателям в Рай нельзя, они при жизни создавали свои миры, брали на себя роль
Творца. А это грех.
— Ну, логика в этом есть.
— Я тоже так подумал. Поэтому не стал спорить и пошел вдоль забора. И вдруг вижу, там, за райской оградой, кого бы ты думал?
— Кого?
— Тебя! Я возвращаюсь к привратнику и говорю, мол, как же так? Он писатель и я писатель. Но ему в Рай, получается, можно, а мне нельзя. Где справедливость?
И знаешь, что мне сказал апостол?
— Что?
— Перестаньте, говорит. Ну какой он нах[рен] писатель.
Вдруг один говорит:
— Представляешь, мне сегодня приснилось, что я умер.
— Ох, прекрати.
— Серьезно, приснилось. Сон же дело такое, его бояться не надо. И вот я умер и подхожу к воротам Рая. А меня привратник не пускает. Говорит, что писателям в Рай нельзя, они при жизни создавали свои миры, брали на себя роль
Творца. А это грех.
— Ну, логика в этом есть.
— Я тоже так подумал. Поэтому не стал спорить и пошел вдоль забора. И вдруг вижу, там, за райской оградой, кого бы ты думал?
— Кого?
— Тебя! Я возвращаюсь к привратнику и говорю, мол, как же так? Он писатель и я писатель. Но ему в Рай, получается, можно, а мне нельзя. Где справедливость?
И знаешь, что мне сказал апостол?
— Что?
— Перестаньте, говорит. Ну какой он нах[рен] писатель.
- 20.07.2023
- 196 просмотров