Еврей выиграл главный приз в числов...

Загорелась высотная гостиница. На крыше оказались философ, физик и математик. Осталась только одна возможность спастись: прыгнуть в небольшой бассейн у гостиницы.
Философ:
– Я фаталист! Мой рок должен определить, жить мне или нет!
Он прыгает и падает на довольно большом расстоянии от бассейна. Физик достает калькулятор, записную книжку, делает расчет, разбегается и прыгает прямо в центр бассейна! Математик хватает калькулятор, записную книжку, быстро считает. Затем разбегается, прыгает и летит вверх! В полете он морщит лоб:
– В чем дело? Ну надо же, знаки перепутал.

— Я всегда считал, что в Библии описана правдивая история, пока не дочитал то того места, где написано, как еврей бесплатно раздавал рыбу людям...

Сижу, пью чай. Стучатся. Открываю. Спрашивают - вы за красных или за белых? Отвечаю - за красных. Снимают штаны и бьют.
Сижу, пью чай. Стучатся. Открываю. Спрашивают - вы за красных или за белых? Отвечаю - за белых. Снимают штаны и бьют.
Сижу, пью чай. Стучатся. Снимаю штаны, бегу открывать. Соседка за чаем пришла.

Лежат в реанимации трое. Один с инсультом, а двое с инфарктом. Заводится разговор кто и почему здесь:
– Да я вот в магазине работаю, только товар налево, а тут налоговая, вот и прикинулся. А ты?
– А я зав. базой. Тоже товар туда–сюда, налоговая, вот и здесь отлеживаюсь.
А с инсультом совсем никакой. Его спрашивают:
– А ты где работаешь?
– Гробовщиком.
– Ну и что?
– Вы не представляете… Несут гроб, черный, лакированный, штук 5–7 баксов, а в нём – лежит в костюме от кутюр, пальцы – все в болтах, зубы – все золотые, шея – в цепях. День не сплю, второй, третий. На четвертый решился. Откапываю, поднимаю крышку гроба, а он с*ка, улыбается всеми 32–мя зубами, и говорит – "контрольное захоронение".

Если бы Титаник тонул в наши дни, то в спасательные шлюпки поместились бы все, в том числе и бабки с сумками. Кто-то кричал бы "ну поплыли уже!!!", на что мужики на веслах отвечали бы, что в середине лодки еще полно свободного места, и поэтому он подождут еще несколько минут. И только полностью забитые шлюпки отплывали бы. Ах да, еще за шлюпкой бы судорожно бежал мужик, впопыхах докуривая только начатую сигарету. И все бы спаслись!
Маршрутки и час пик научили нас выживать в суровом мире!

Умер старый еврей. Вскрыли его завешание, читают:
"Дочке моей, Сарочке, оставляю 100 тысяч долларов и дом.
Внучке моей, Ривочке, оставляю 200 тысяч долларов и дачу.
Зятю моему, Шмулику, который просил упомянуть его в завешании,
упоминаю: Привет тебе, Шмулик!.."

Пограничник—кореец уходил в дозор с овчаркой и всегда возвращался без нее. А собаки все ученые, дрессированные. Начальству стало жаль собак (кореец их съедал), и оно пригласило гипнотизера. Тот стал внушать корейцу: – Ты не кореец – ты еврей, ты не кореец – ты еврей… А тот опять возвращается без овчарки. Тогда решили посмотреть, в чем же дело. Смотрят: — Сидит кореец, гладит овчарку и говорит: – Ты не овчарка – ты фаршированная рыба.

— Мир разделился на два лагеря — одни вешают американские флаги у себя в кабинетах, на крышах домов, покупают футболки с изображением флага, другие — эти флаги срывают, рвут и жгут... — И только два старых еврея — Абрам и Мойша продолжают заниматься своим делом — шить американские флаги...

Старое советское: Грузин - это звание, еврей - это призвание, цыган - это профессия, а русский - это судьба.
Цыганам все подают, но их никто не любит.
Евреи сами все достают, и их никто не любит.
Грузинам ничего не нужно, у них все само растет, их тем более никто не любит.
Русские всем подают и их за это никто не любит.