Мужик заходит в книжный магазин и обращается к продавцу: - Мне бы какую-нибудь захватывающую книгу, от которой было бы невозможно оторваться. - Есть очень хороший детектив, который читается на одном дыхании, там происходит целая серия убийств, и никто не может догадаться, кто убийца. - Отлично, это то, что мне нужно. А как называется эта книга? - Сейчас посмотрим… «Сторож-убийца» она называется.
Расставаясь, оба так плакали, так обнимались, так страстно поцеловались ! Он уезжал в командировку.... она к маме в село - картошку копать...... Боже, какой неожиданной была встреча ...через 3 дня...на пляже Египта....
Таможенник девушке: - Фамилия, имя, отчество? - Сидорова Ольга Сергеевна. - Пол? - А по мне непонятно, да? - Я тут туристов из Таиланда оформлял, путаться начал.
Едут в поезде в одном купе грузин и бабка-"одуванчик". Тоска. Ехать далеко. Бабка не выдержала и давай рассказывать: - У меня внученька, такая маленькая, хорошенькая, на скрипочке: ЛЯ ЛЯ - ЛЯ ЛЯ - ЛЯ ЛЯ! И так далее. Грузин слушал, слушал и говорит: - Аналогычный случай был в городе Кутаиси! Малчик Гоги, 5 лэт! 5 лэт! Барана в жопу - рраззз! У барана РОГИ ВЫПРЯМЫЛИСЬ!!!!!
Рассказывает одногрупница. Едут они всей семьей на машине по городу (на днях снега много выпало, местами гололёд), и она спрашивает: - Пап, а у нас резина зимняя? Он ей: - Неа. Она: - Остановись! Я боюсь дальше ехать! А он ей выдает офигительную фразу: - Доча, успокойся, у нас никогда не было зимней резины!
Вокруг смертного одра мэра собрались именитые граждане города и тихо беседуют между собой: – Какой это был великолепный человек! – А какой мудрый! – Редкой доброты был руководитель. – Не мэр, а ангел во плоти. На мгновение умирающий открыл глаза и пробормотал: – А скромность? Прошу не забывать о моей скромности.
Учитель математики пришёл в школу в плохом настроении, спрашивает со злостью в голосе: - Сидоров, назови двузначное число. - Девяносто семь. - А почему не семьдесят девять? Садись, два. А теперь ты Иванов. - Сорок пять. - А почему не пятьдесят четыре? Садись, два. А что скажет Рабинович? - Тридцать три. - А почему не... Опять ты со своими еврейскими штучками!