Глубокая ночь Я просыпаюсь, повора...

Первая брачная ночь.
Муж гладит жену по животу и говорит:
— Это - мое поле, здесь я посажу картошку, — и уснул.
На вторую ночь гладит по спине и говорит:
— Тут я посажу капусту, — и уснул.
На третью ночь жена ему говорит:
— Слышь, фермер, если сегодня ночью морковку не посадишь, то я поле в аренду сдам!

Брачная ночь процедурной медсестры:
- Та-ак, подходим, штанишки снимаем!

В ночь с 31 декабря на 1 января можно даже перфоратором долбить стены.
Всё-равно никто не спит и никто не услышит за шумом петард.

- Привет, что делаешь?
- Я люблю, я скучаю, мне тебя не хватает. Ты снишься мне каждую ночь, я не могу без тебя. А ты чем занят, любимый?
- Сосиску ем...

Американец, немец и русский попали в ад.
- Американец – какой здесь ужас!
- Немец – какой здесь кошмар!
- Русский – да, действительно хреново, но не хуже чем в нашем санатории…

- Моня, какой кошмар, наша ракета «Зенит» опять не взлетела!
- Изя, пора бы привыкнуть к тому, что у нас, если что и взлетает, так это цены.

Лес. Ночь. Возле трассы в засаде сидят два медведя. Один учит второго: — Консервную банку лучше выбирать с мигалкой. Там мясо жирнее.

Скачет Илья Муромец по пустыне, устал, силы на исходе, видит вдали оазис вода и еда, и там же Змей Горыныч. Илья Муромец достал свой меч и в бой со Змей Горынычем. Бьётся день и ночь с ним в жестоком бою. На третий день Змей Горыныч спрашивает у Богатыря:
– Да что ж тебе надо от меня?
– Да пить я хочу.
– Да пей, х*ли ты до*бался-то?!

Ночь. Кладбище. Раздаются жуткие звуки. Из могилы вылазит скелет и стучится в соседнюю.
- Гоги, слющий, выхады, пайдём па Маскве пагулаем, вина випьем, шащлик скущаем, а?
Отряхиваясь, вылазит второй скелет и они направляются к выходу. Вдруг Гоги стучит себя костяшкой по голове, бежит назад, взваливает на спину могильную плиту и идёт обратно.
- Вах, дарагой, зачем плита тащишь?
- Эээ... Нэльзя нам па Маскве бэз дакументов!

- Ну что, Саня, в субботу вечером в библиотеку идем? Как в какую? В загородную, конечно. Она до двух ночи работает, и у нас там знакомый библиотекарь есть. Помнишь, который в прошлый раз с подносом ушел и все книжки между столиками разлил? Я ему уже звонил. Попросил приготовить три брошюры о Петрове-Водкине.
- Ты с ума сошел, Петь, три брошюры о Петрове-Водкине на двоих! Это же какие мы с тобой начитанные оттуда уползем. К тому же я теперь, сам знаешь, ничего, кроме Сухово-Кобылина, не читаю.
- Сень, ты что? Сухово-Кобылина вместе с Петровым-Водкиным читать нельзя. Это все равно что сказки Ершова на ночь читать. Наутро будешь чувствовать себя коньком-горбунком!