И привёл Бог с помощью Моисея еврей...

Когда я был маленьким, я молился о велосипеде. Потом я понял, что бог работает по-другому: я украл велосипед и стал молиться о прощении.

Парашютистов, прыгающих в Африке без оружия, местные племена называют гуманитарной помощью.

Попали как-то в Рай байкер и поп. Выходит к ним Павел и говорит:
- Я про вас всё знаю. Первым в рай войдет байкер.
- Как так? - удивился поп. - Я всю жизнь Богу молился, молитвы людям читал!!! Я должен первым войти!!!
- Когда ты молитвы читал, - зевая ответил Павел, - все засыпали... А когда байкер выезжал на дорогу - все молились!

- Почему некоторые люди пишут семерку с горизонтальной черточкой посередине, хотя на печатных машинках и компьютерах используется обычная семерка, без черточки?
- Когда Моисей сошел с горы Синай, стал читать своему народу десять заповедей и дошел до седьмой заповеди "Не прелюбодействуй" народ хором стал голосить:
"Зачеркни семерку, зачеркни!"

Препод входит в аудиторию.
- Скоро сессия. Надо включать генератор ЗЛА.
- !?
- Генератор Задач Линейной Алгебры!

Прочитав Библию, наш народ сначала уяснил, что работать в праздники грех, а потом понапридумывал всяких праздников больше, чем у всех в мире.

Никита Михалков не стал снимать фильм "Трудно быть богом": он искренне не может понять, что же в этом трудного.

На шабаше главная ведьма спрашивает других:
– Почему вы не подхватили во время полета ведьму, которая соскользнула с метлы и упала на скалы?
– Мы не поняли, что она звала на помощь – орала, как обычно.

В метро какой-то японец сдержанно посмеиваясь и извиняясь на ломаном русском попросил разрешения меня сфотографировать. Я согласился, но спросил почему.
Оказалось, что его развеселило сочетание: кулаки у меня разбиты и на костяшках уже давно обитают "набойки", но в руках у меня была книга... "Риторика. Искусство убеждать."
Наблюдательный народ эти японцы. )))

В мире прекрасного
Счастливыми обладателями незримой нити к прекрасному стали зрители на спектакле Ф. Ушлого "Созерцание пустоты". Автор, большой мастер мистического сарказма, быстро достигает эффекта с помощью белых стихов на фоне прозрачных намеков на внутреннюю пустоту содержания пьесы.
Мастерски налагаемое одно на другое, прекрасное возникает из недр бессознательного и уже больше не исчезает, а только вместе со зрителями, как бы незаметно растворяясь в никуда, потихоньку тянется к выходу...