Идут евреи за Моисеем по пустыне. Ж...

Стоят верблюд-сын и верблюд-отец.
Сын: Папа, а зачем нам на спине нужен горб?
Отец: В горбу, сынок мы накапливаем воду и когда идем по пустыне нас не мучает жажда.
С: Папа, а зачем нам такие копыта?
О: Это чтобы ходить по песку и ноги не проваливались.
С: А зачем нам такие большие и жесткие губы?
О: Это чтобы в пустыне можно было есть колючки
С: Тогда папа объясни мне, а зачем нам весь этот тюнинг в Саратовском зоопарке?...

Стоят верблюд-сын и верблюд-отец.
Сын:
- Папа, а зачем нам на спине нужен горб?
Отец:
- В горбу, сынок мы накапливаем воду и когда идем по пустыне нас не мучает жажда.
- Папа, а зачем нам такие копыта?
- Это чтобы ходить по песку и ноги не проваливались.
- А зачем нам такие большие и жесткие губы?
- Это чтобы в пустыне можно было есть колючки.
- Тогда папа объясни мне, нахрена нам весь этот тюнинг в Саратовском зоопарке?

Попадает мусульманин в рай. Аллах его встречает и ведёт на экскурсию:
— За этой дверью православные, за той дверью католики, а возле этой двери не шумите и потише, пожалуйста.
— А кто там находится?
— Там евреи, они думают, что они тут одни.

- Что такое "золотая лихорадка" и что означает " золотая лихорадка 2006 года"?
- Очень просто - золотой лихорадкой раньше называли суету вокруг золотых приисков, а в 2006 году - всего лишь отстрел карикатуристов, ЗА КОТОРЫХ
МУСУЛЬМАНЕ ОБЕЩАЮТ КИЛОГРАММЫ ЗОЛОТА.

- Как приятно вас здесь встретить, Семён Маркович! Я вас уже издали узнала. Когда вы подошли поближе, я вначале заволновалась - мне показалось, что это не вы, а ваш брат! Но потом я подумала: нет, это он. А теперь я вижу, что это всё же не вы.

- Семён Маркович, не могли бы вы сделать мне небольшое одолжение?
- Какое?
- 200 долларов.

- Семён Маркович, вы слышали, Рабинович всё-таки умер!
- Да, но какие профессора таки его лечили!..

Раннее лето, утро, солнце, обалденная погодка. Выходит на улицу старый еврей, видит обалденную радугу. Грустно качает головой:
- Нет, ну надо же! На это у них деньги есть!

Едут по пустыне на верблюде монах с монашкой. Верблюд возьми и сдохни. Присели, думают что делать. Делать нечего, ни еды, ни воды. Монашка: — Ну, что же, брат, все равно помирать. Давай хоть тогда представим что мы в раю, разденемся, не будем знать стыда! Монах: — Ну, давай! Разделись. Монашка тычет пальцем монаху в пах: — Брат, хе—хе. А чего это у тебя там такое болтается? — О—о—о, сестра! Это корень жизни! Если я вставлю его в тебя — родится жизнь! — Так какого же хрена мы здесь сидим??? Вставляй верблюду, и поехали!