Идут Ленин и Троцкий по улице, видя...

Едет бабка на телеге со стороны белых в сторону красных. Белые глядят, морщатся - пропускают. Приезжает к красным, те удивляются:
- Ну, ты, Петька, и замаскировался!
- Да что я, вы Василия Ивановича распрягите!

Деревня. Бабки сидят на лавочке, щелкают семечки. По деревенской улице медленно ползет навороченный "Джип", упирается бампером в забор, давит, давит... Проламывает забор и рушится в овраг. Бабка:
- Глянь, еще один с навигатором приехал!

- Яша, Ви таки слишяли, говорят шо от поноса помогает морковь?
- Сеня, та я даже представить боюсь каким образом....

Блондинка приехала в автомастерскую:
-Понимаете, я ехала по улице и вдруг под машиной что-то загремело. Я положила отвалившуюся деталь в багажник и сразу сюда.
-Хорошо, - отвечает механик, я сейчас посмотрю...
Через десять минут:
-Я всё исправил, мадемуазель. Но вот канализационный люк придётся вернуть на место...

- Какая разница между коммунистом и антикоммунистом?
- Коммунист - это человек прочитавший работы Маркса и Ленина, а антикоммунист - это тот, кто их понял.

Призыв по технике безопасности:
Товарищи женщины, если вы на работу придёте в слишком свободной одежде -остерегайтесь работающих механизмов. Если в слишком облегающей, остерегайтесь механиков.

– Слушай, Изя, я знаю гениальный способ, как в ресторане бесплатно поесть.
– А ну, Абрам, рассказывай.
– Идёшь в хорошее заведение незадолго до закрытия. Заказываешь закусочку, лучшие блюда, десерт, коньяк. Когда все официанты разойдутся, последний подойдёт к тебе, а ты говоришь: «А я уже заплатил вашему товарищу, что ушёл». На следующий день пошли в ресторан. Заказывают все по полной программе и сидят. Наконец подходит последний официант:
– Извините, но пора закрывать, прошу оплатить заказ.
Абрам:
– Но мы уже вашему коллеге деньги дали.
Изя:
– Кстати, нам ещё долго ждать сдачу?

Коротко о русском языке.
В словах "золото", "болото" и "долото" ударения ставятся в разных местах. Хотя разница только в первой букве.

Москва. Кинотеатр "Космос". Последний киносеанс. И вдруг в тишине женский голос: - Ой! Миша! Вы оказывается, еврей!

Семен Маркович был настолько плох в постели, шо Софа не стонала, а таки только цокала.