Исход евреев из страны - к развалу ...

- Софочка, голубушка, вы мне по старой дружбе в долг не дадите?
- Семён Маркович, я очень извиняюсь, но я таки вынуждена уточнить: в долг - это куда?

— Сема, за что ты вчера так громко ругал своего сына?
— Да купил я ему новые ботинки и велел шагать по лестнице через ступеньку, чтобы подошвы меньше стирались!
— И что он тебя не послушал?
— Этот маленький и жадный еврей начал перешагивать по две ступеньки и порвал штаны!

— Француз — это не национальность, это образ жизни. Еврей — тоже не национальность, это образ мышления. — А русский? — Русский — это судьба.

Семен Маркович был настолько плох в постели, шо Софа не стонала, а таки только цокала.

Париж. Светофор где-то в районеЕлисейских полей. Красный свет. Левый ряд — шестисотый мерседес, а в нем Изя. Правый — "Пежо", и в нем Мойша.
У обочины — Абрам на велосипеде.
Оглянулись, узнали друг друга. Радость неимоверная:
— Здравствуйте, родные! А вы помните Одессу? Шестую школу? Ой, сколько лет...
— Это надо отметить! Идем в "Мулен Руж" — и немедленно!
Абрам, сокрушенно:
— Боюсь, у меня на этот кабак денег не хватит.
— Ой, Абраша, к чему эти условности между старыми друзьями? Ну, есть не будешь, просто посидишь!

- Рабинович, как ваш Windows95?
- Hе дождетесь...

Старый еврей проходит мимо входа в здание КГБ и читает табличку: — ПОСТОРОННИМ ВХОД ВОСПРЕЩЕН! — Можно подумать, если бы они написали: — ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, здесь таки стояла очередь.

Примета: если в цирке акробат перекрестился, значит, номер отрепетирован ещё не до конца.

Лезет альпинист по скале. Срывается, падает, и чудом цепляется за куст.
Висит, а силы уже на исходе. Он начинает кричать:
- Эй! Есть здесь кто-нибудь! Спасите!
Вдруг с неба - голос: - Я - Всевышний! , отпусти руку и я подхвачу тебя.
Человек через минуту дико кричит:
- А еще здесь есть кто-нибудь?