Иван Степанович, это, наверн...

Едет бабка на телеге со стороны белых в сторону красных. Белые глядят, морщатся - пропускают. Приезжает к красным, те удивляются:
- Ну, ты, Петька, и замаскировался!
- Да что я, вы Василия Ивановича распрягите!

Алкоголик Степан Пугачёв, пошёл в лес, чтобы посетить белок с ответным визитом.

Вечером по подземному переходу идёт девушка, вдруг навстречу ей здоровый мужик с широко разведёнными руками. Девушка в ужасе, она хватает кирпич и кидает в мужика. Раздаётся звук разбитого стекла и мат мужика:
- Блин, мать твою..., третье стекло несу, а до дома никак не донесу!

Идет Иван-царевич по лесу. Ходил-ходил, и вдруг заблудился. Выходит на болото. А там Баба-Яга злая вдруг откуда-то появляется. И говорит:
– Вот что, Иван-царевич, давай так – я те загадку загадываю. Ежели ты отгадываешь – меня тр*хаешь, а иначе я тебя убью! Отгадай, что такое – зеленое, на болоте живет?
Ну Иван-царевич и думает – лучше сдохнуть, чем со старой Бабой-Ягой тр*хаться.
– Велосипед, – говорит.
– Угадал, противненький…

Змея Горыныча спрашивает Баба Яга.
- Ты кого больше всего боишся?
- Угадай.
- Илью Муромца.
- Нет. Здоровый, но ленивый и тупой.
- Добрыню Никитича?
- Нет. Сил много, но прямолинейный.
- А кого?
- Ивана крестьянского сына.
- Почему?
- Сам дурак, стреляет куда попало, с жабами целуется. Беспредельщик.

На свадьбе садомазохистов обвенчались раб божий Степан и госпожа Снежана.

— Ну ты, Степан, загнул!..
— Честно, Зин. Ничего не загибал. У меня с детства так...

Василий Иванович с Петькой собрались взорвать мост охраняемый белыми и, для маскировки, переоделись - Петька в женское платье, а Василий
Иванович в корову.
Идут. Белые стоят на посту. Вдруг один постовой другому:
- Смотри, смотри - атака педиков и зоофилов.

Чапаев разливает бутылку самогона: себе - полный стакан, Котовскому - неполный стакан, Петьке - полстакана. Котовский:
- Василий Иванович, сколько мы с тобой пьем, пора бы и руку набить!
Петька:
- И морду тоже!

Настя:
— Иванушка! Этой ночью мы будем делать то, что делать нельзя...
Иван:
— Настенька... Делить на ноль?