Из милицейского протокола: Сидор...

— 1943 год. Комиссар с пистолетом в руке кричит "За Родину!", вылезает из окопа. — Его сзади хлопают по заднице. Он, не оборачиваясь: — Не время, душка, отечество в опасности.

Трамп пообещал, что обнародует всю правду про покушение на Кеннеди, вместо той фигни, которую всем впаривали всё время на эту тему. Получается, о том, кто организовал покушение на самого Трампа, мы узнаем ещё через 60 лет. Придётся ждать, интересно же!

Абрам с веником и тряпкой делает уборку в квартире. Сара сидит на диване, смотрит телевизор и ест булочки. Через некоторое время Абрам раздражённо:
- Ну, ты хотя бы задницу подняла и помогла мне!
- А мне врач запретил тяжёлое поднимать!

Молодая пара попадает в автокатастрофу. Муж отделывается легким испугом, а жена попадает в реанимацию. Муж приходит навестить жену и спрашивает о ее состоянии у молодого реаниматолога. На что тот отвечает:
"Состояние тяжелое. Она находится в коме. И возможно пробудет в ней лет 20 или 25. И все это время вам придется ухаживать за ней: кормить по трубке, мыть, переворачивать каждые 3 часа, чтобы не было пролежней и может быть, тогда она откроет глаза, увидит вас и снова впадет в кому."
Муж ошарашено смотрит на доктора, а доктор ехидно подмигивая и улыбаясь говорит:
- Да шучу я, шучу: умерла она, умерла...

Старый футболист очухивается в реанимации после инфаркта. Рядом всполошенные родственники... — Ой, очнулся! С тобой такое было, такое! Мы уже боялись самого страшного! Футболист откидывается на подушку и вздыхает: — Пошло компенсированное время...

Только взяв ипотеку, Дима Сидоров понял, что врождённые три почки - это не проблема, а дар божий.

Антон понял, что проводница на него в обиде, когда она во время стоянок стала закрывать не туалет, а его купе.

Учитель математики пришёл в школу в плохом настроении, спрашивает со злостью в голосе:
- Сидоров, назови двузначное число.
- Девяносто семь.
- А почему не семьдесят девять? Садись, два. А теперь ты Иванов.
- Сорок пять.
- А почему не пятьдесят четыре? Садись, два. А что скажет Рабинович?
- Тридцать три.
- А почему не... Опять ты со своими еврейскими штучками!