— Маленький Изя принес из школы дневник с замечанием учителя: — Изя плохо пахнет. Изю надо помыть. — На следующий день Изя приносит в школу дневник, где рукой папы написано: — Изю не надо нюхать. Изю надо учить.
Хотела погрустить как положено: подоконник, плед, кофе... Обернулась пледом, неудобно, облилась кофе, да еще и задница на подоконнике не помещается! Короче, не умею я грустить...
- Ви знаете, Изя, шо я себе заметил? Земля, которую нам наобещали, и все её окрестности страдают хроническим отсутствием флоры и сопутствующей ей фауны. - Ну и где вы видите здесь удивительного? Вы таки не знаете за евреев и за сорок лет, когда их водили с Египта до той земли? - И шо? - Шо-шо, вытоптали.
— Сарочка, а ты уже пробовала икру, которую нам прислал дядя Изя? — Нет, а что? — Не советую, я сегодня полдня провел в туалете. Так, невинно солгав в семье, Рабинович обеспечил полное отсутствие конкуренции в щепетильном красноикорном вопросе.
Разговаривают хозяйки котов: – У моего кота привычка вставать в пять утра и начинать охоту на высунутые из-под одеяла ноги. – У моего привычка пострашней: он со спинки дивана высматривает малейшее движение под пледом и прыгает, причём сначала подпрыгивает вверх, чтоб сильней удар вышел. – А чем эта привычка страшней? – Кот весит 7 кг. Муж однажды, лёжа на спине, яйца себе почесал, бедолага… А кот среагировал.
Одесса. 8 часов утра. Центральный вход в парк Шевченко. Пожилая супружеская чета совершает утренний променад. Навстречу двигается мужчина в пляжном костюме. - Изя, вы по-прежнему так рано ходите на Ланжерон? - Что вы, я по-прежнему так поздно возвращаюсь.
Санаторий, минеральные ванны. - Изя Абрамович, проходите в седьмую кабинку. - Можно всё снимать? - Можно. Спустя минуту. - Трусы можно снять? - Да, конечно. Я не смотрю на вас. - Хм... Я шо, зря раздевался?!