Каждый раз, когда в сериале умирает...

Фима и Моня увидели ночью тёмный силуэт на заборе. — Ворона, — сказал Фима. — Кошка, — возразил ему Моня. — Давай бросим в неё камень, — предложил Фима. — Полетит — значит, ворона. Побежит — значит, кошка. Так и сделали. Полетела. — Я же тебе говорил — ворона, — подытожил спор Фима. — Если бы не видел своим глазами, — пробормотал Моня, — ни за что бы не поверил, что кошки умеют летать.

В вской психиатрической клинике, проверяющий из министерства здравоохранения, возмущается:
- Почему этот пациент постоянно пердит?
- Евгений Иванович, а это новый персонаж в психиатрии, он считает себя Газпромом...

В театре:
- Вася, смотри, как актеры здорово играют свои роли!
- Да, зашибись притворяются!

Конфеты "Раковая шейка" и "Гусиные лапки" существуют для единственной цели - подарить их иностранцу, дождаться, пока он их попробует, а потом, глядя ему в глаза, перевести их названия.

Хотела сделать сегодня красные губы, но глянула в зеркало и поняла, что красных глаз вполне достаточно.

Если быть максимально корректным, то наши актеры разбираются в вопросах совести и морали никак не больше, чем в тех банковских услугах, которые они нам так напористо впаривают.

Три паломника молятся.
Первый:
- Боже, кто я пред Тобой? Невесомая пылинка, недоступная глазу, гонимая ветром.
Второй:
- Боже, как я мал перед Твоим величием! Мельчайший, ничтожнейший атом, затерянный в безднах пространства.
Третий:
- Боже, до чего я крохотен перед Тобой! Маленький червяк...
Первый второму:
- Нет, ну ты видел этого, с манией величия?

- Ребёнку в школе задали нарисовать мир глазами кузнечика. Пойти курнуть, что ли?
- Нарисуй лягушку с косой.

Молодой актер, только со студенческой скамьи, в первый раз приходит в театр со служебного входа, весь из себя восторженный, воздевает руки и восклицает:
- Ну наконец я здесь! Это же Театр! Это храм!
Старый актер, проходя мимо, бурчит мрачно:
- Ага... Храм-храм — и нет человека...