Ходорковский:- А в Матросской тишин...

Жизнь человека делится на три периода:
1. Боится подкроватного монстра;
2. Не боится подкроватного монстра;
3. Если монстр согласен платить пополам коммуналку, то пусть живёт.

Монстры из американских ужастиков - единственные монстры в мировом кинематографе, которым сопереживаешь гораздо больше, чем главным героям.

Мэр Мурманска обиделся на слова Ходорковского о том, что жители города – "потомки либо зэков, либо вертухаев" и потребовал от фраерка завалить хлебало и не лепить горбатого.

- Почему женатые мужчины предпочитают минет?
- Пятнадцать минут тишины.

Самый интеллигентный в мире слесарь, попав себе по пальцу молотком, умер в тишине от нахлынувших эмоций.

Сижу одна в газели с водителем, ждем на конечной остановке когда народ заполнит машину. Водителю стало скучно, решил поприкалываться.
Говорит: "Сейчас поржем". Уходит с водительского сидения и садится рядом со мной пассажиром. Газель постепенно забивается народом. Через 5 минут все места заняты. Сидим ждем...
Народ начинает возмущаться, мол никто не видел, куда водила делся? Я сижу, молчу =)
Через 15 минут все уже просто матерятся, водитель подливает масло в огонь, возмущается больше всех. Потом выкрикивает "А нафиг нам водила? Я сам вас отвезу" и садится за руль. Такие ошарашенные лица и такой тишины в маршрутках я никогда не видел

Тайна Тунгусского метеорита меркнет перед загадкой человека, покупающего 1 января в
9 часов утра в магазине макароны, уксус, бутылку безалкогольного пива и связку прищепок.

Вышел Ходорковский на свободу, купил домик в Англии. Сидит, закатом над Темзой любуется. Подходит дворецкий, ставит перед ним поднос.
- Что это?
- Овсянка, сэр.
Михаил Борисович грустно размазывает кашу по тарелке:
- А в тюрьме сейчас ужин... Макароны...

Звонок на радио: — Поставьте, пожалуйста, песню Пугачевой про то, как у нее завис Windows! Ди—джей (после паузы): — Я не могу вспомнить у Пугачевой такой песни! Можете напеть? — Ну, там еще в припеве: — Кликну, а в ответ тишина, снова я осталась одна. Сильная женщина плачет у Окна.

– В тебе умер поэт и философ.
– Да во мне много кто сдох. Воскрешаю периодически литрами крепкого чая. Но лучше сидеть на этом кладбище в тишине, чем слушать хор субличностей, своими комментариями хаотически рвущих одеяло реальности на куски одностороннего восприятия мира.
– … А шизофреник ещё живой, я погляжу.