Хорошо, когда все люди делятся толь...

Это только в сказках женщину любят за боевой и колючий характер. А в жизни за борщ, кружевные труселя и за молчание.

- Рабинович, как думаете, почему именно индийский штамм короны имеет такую высокую летальность?
- Послушайте, этот штамм валит пачками людей, которие пьют воду из реки, в которой гадят, стирают, сваливают обгорелые трупи! А ви, таки, хочите, с вашей-то реакцией на немытую клубнику, легко его перенести?

— Это что? – спросил Иван-дурак.
— Пирог с яблоками, – ответила Баба Яга.
— Ты же людей ешь?
— Ну не к чаю же...

- Интересно, для чего человеку двенадцать метров кишечника?
- Чтобы жопу горячим чаем не обжечь…
- А вы точно проктолог?

Привозят в ожоговое отделение больницы мужика с сильными ожогами. Врач делает рентген, смотрит:
- Ба, да у вас переломов больше, чем ожогов! Как вы умудрились?
- Да я на стройке работаю, нас бригада - десять человек… Лопатами тушили, гады!!!

Женщина получила страшные ожоги. Потребовалась пересадка кожи.
Кожу свою, естественно, пожертвовал муж. А на лицо ей пошла кожа с задницы, как самая гладкая. Вот пришла жена в себя, осмотрелась в зеркало, осталась довольна, и говорит:
- Дорогой, я даже не знаю, как тебя благодарить.
- Не стоит благодарности. Я за все был вознагражден, когда увидел, как теща целует тебя в щечку!

Закон подлости: красивые, одинокие, голодные до ceкcа женщины обычно присутствуют только на тех мероприятиях, где вы с супругой.

В троллейбусе пожилая женщина пытается уступить место очень худому молодому человеку:
- Присаживайся бедненький, ты что же худой то такой? Болеешь что ли?
- Нет, спасибо! Студент я!
- Ну давай хоть плащ твой подержу!
- Это не плащ, это мой друг Коля!

С помощью телевизора люди прекрасно развивают в себе критиническое мышление.

Лорд спрашивает слугу: — Скажите, Джеймс, каких лошадей Вы предпочитаете? — Видите ли, сэр, когда я еду на вороной, мне почему—то хочется скакать на серой, а когда я на серой, то думаю о вороной… — А каких женщин Вы предпочитаете, Джеймс? Блондинок или брюнеток? — Видите ли, сэр… — Не надо, Джеймс, я понял.