Покончив с нефтью и газом, Ходорковский отправился валить лес. Разделив 15 миллиардов долларов на плату, получаемую лесорубом за 1 спиленное дерево, невольно начинаешь опасаться за судьбу сибирской тайги.
2008 год. Скоро выборы. В Мещанском суде судья дочитала последний лист приговора Ходорковскому и, вытирая пот со лба, спрашивает: - Присутствующим понятен приговор? Прокурор: - Ваша честь! Я не совсем понял смысл нескольких фраз. Судья: - Итак, повторяю...
- Прикинь, утром с бодуна пошёл за хлебом, пришел сонный, рожа небритая, помятая, в шлепках, оказывается перепутал и приперся в театр! - И чо? - Взяли на роль!
Мэр Мурманска обиделся на слова Ходорковского о том, что жители города – "потомки либо зэков, либо вертухаев" и потребовал от фраерка завалить хлебало и не лепить горбатого.
Вышел Ходорковский на свободу, купил домик в Англии. Сидит, закатом над Темзой любуется. Подходит дворецкий, ставит перед ним поднос. - Что это? - Овсянка, сэр. Михаил Борисович грустно размазывает кашу по тарелке: - А в тюрьме сейчас ужин... Макароны...