Кстати, Сёма, как у тебя сейчас с...

Он будил её по утрам, шептал ей на ушко разные слова, пел песни и водил в кино. Она любовалась им, не жалела для него ни времени, ни денег и гордилась им перед подругами. Они были вместе и в радости, и в горе...
А потом она потеряла его, и вместе с ним из жизни ушёл всякий смысл. Но уже на следующий день она успокоилась и на зависть подругам завела себе ещё более крутой телефон.

В медицинском институте:
- Профессор, нам бы зачет поставить... вот конфеты.
- Какие конфеты? Вы что? От ваших знаний зависит жизнь больного!!... тут как минимум на торт с вином тянет.

Гопник-папа идет вечером с работы, смотрит - на асфальте возле дома сидит гопник-сын. Весь избитый, в крови, в уши воткнуто по сигарете, в пасть забит его же мобильник. Гопник-папа тупит на это зрелище с минуту, потом спрашивает:
- Что, на интеллигента наехал?
- М-м-м-м.
- Еще и в очках, поди?
- М-м-м-м-м!!
- Дебил. Баклан. Я тебе сколько раз повторял: если чувак не ссыт ходить по нашему району в очках, он опаснее бешеной собаки!

У меня не жизнь, а мёд. А я НЕНАВИЖУ мёд!

Старый одессит читает вслух газету:
- Сомалийские пираты захватили "Московский Университет"...
Вскакивает и бежит к телефону. Жена:
- Сёма, шё такое?
- Сара, надо позвонить нашей Софочке - как у них там в Консерватории?

Анатолий Вассерман разделся для журнала "Наука и жизнь".

Сосед соседу:
- Что-то ты, Васюха, сегодня жене врезал в ухо всего 4 раза, а обычно не меньше 10?
- Ну, что я зверь что ли?! Сегодня же у нас годовщина свадьбы!

Фоpт на Диком Западе вот-вот должен был подвеpгнуться нападению, и капитан послал за своим веpным pазведчиком-индейцем.
- Слушай, Тpи Медведя, - сказал капитан, - постаpайся pазузнать, с кем нам пpидется сpажаться.
Индеец пpижался ухом к земле.
- Большой отpяд, - пpоизнес он наконец. - Две сотни хpабpых воинов.
Два вождя, один на воpоном коне, дpугой на сеpой кобыле в яблоках.
Все в боевой pаскpаске и с pужьями. И шаман тоже с ними.
- Hу и ну! - воскликнул капитан. - И обо всем этом ты узнал, пpислушавшись к земле?
- Hе совсем так, капитан, - пpизнался индеец. - Я все это увидел в щель под воpотами.

- Сёма, я хочу тебе сказать, что сейчас стало очень трудно подниматься по карьерной лестнице.
- Абрам, я тебе скажу больше, к ней стало трудно даже подойти.

- Тяжела наша жизнь подруга, тяжела! - говорит моль.
- Да, нелегко жить зимой в майках, а летом в шубах! - отвечает ей другая моль.