Купите наши предприятия.А в каком о...

— Ты че такой замученый?
— Кот у меня падла, насерет посреди ковра, потом еще, с@ка, разгонится и ж@пой едет по дерьму, размазывает по ковру. Не могу отучить
— А ты вместо ковра положи наждачку нулевку
...
— Ну как, отучил?
— Отучил... Нулевку не нашел, положил 10-ку, до батареи одни уши доехали...

Сидит маленькая девочка в песочнице и чего-то лепит. К ней подходит мент и спрашивает:
- Девочка, ты чего лепишь?
Она отвечает: - Мента леплю!
Мент: - А ингредиенты?
Девочка: - Песок, глина, дерьмо...
Мент, обалдев, говорит: - Еще раз такое услышу, уши оторву!
Девочка: - Поняла, поняла...
Через 15 минут мент опять подходит к девчонке: - Чего лепишь?
- Пожарника леплю.
- А ингредиенты?
- Песок, глина...
- А говно где?
- А, хитрый, говна добавлю, мент получится!!!

Знаете ли вы что... Делая 1 800 000 000 прыжков в секунду во время разговора, вы рискуете попасть в резонанс с частотой сотовой связи, что неминуемо негативно отразится на состоянии ваших внутренних и внешних органов. Для стандарта GSМ-900 вероятность риска еще более увеличивается.

Ялтинская конференция. Сталин, Рузвельт и Черчилль едут в одной машине по горной тропе. Дорогу преграждает бык. Сталин выходит из машины, что-то говорит быку на ухо, тот убегает. Союзники спрашивают:
– Что вы ему сказали, что он так испугался?
– Сказал: «Не уйдёшь, в колхоз сошлю».

Брежнев толкает речь на международном съезде. Он щурится на бумажку и читает: “Баба раком... раком баба?”
Подбегает секретарь-референт и что-то шепчет ему на ухо.
Брежнев: “А, понял! Мы с Бабраком Кармалем....”

ПАПАТУТ - страшный зверь. Он приходит поздним вечером к маленьким деткам, хватает их полусонных из кроватки. Целует во все возможные места, колется небритой щетиной. И громко орет над ухом басом "Дочка, здравствуй, ПАПА ТУТ!" К утру папатут исчезает.

На XXVI съезде КПСС говорят: — Состояние Брежнева тяжелое, требуется пересадка сердца. Кто может предложить свое? Лес рук. — Прекрасно! Но нужно только одно. Кто желает? Снова лес рук. В президиуме посовещались и говорят: — Сейчас мы выпустим голубя мира, на кого сядет — того сердце и возьмем. Полетел голубь в зал, а отовсюду: — Кыш! Кыш!

Осёл нахально спрашивает льва:
- А почему это ты - Царь зверей, а не я?
- Ну-у-у, у меня грива есть!
- И у меня грива, - говорит осёл.
- А у меня на конце хвоста кисточка!
- Хм... и у меня кисточка!
И так несколько аргументов осёл парирует.
Лев подумал и выдаёт:
- А я дольше тебя в сексе могу продержаться!
Осёл:
- Не фа-а-а-акт!
- Проверим?
- А давай проверим!
Лев:
- Чур, я первый! Засекай время!
Забирается на осла и... 21 минута. Всё, кончил.
Очередь осла, и... понеслось!..
Лев с тревогой смотрит на часы: уже прошло 15 минут, а осёл и не думает выдыхаться. Дальше всё происходит очень быстро.
Лев по сотовому набирает номер львицы:
- Дорогая, что ты делаешь, чтобы я быстрее кончил?
- Ну-у-у, Лёва... я попой двигаю...
Лев начинает активно вертеть задницей - ослу хоть бы хны, продолжает наяривать.
Лев умоляющим голосом в трубку:
- А ещё-о-о-о?!
- Ну ещё тебя коготками за яички легонько трогаю.
Лев, продолжая лихорадочно вилять задом, со всей дури хватает осла когтями за яйца, и осёл на 20-ой минуте бурно "финиширует", падая в изнеможении...
Лев, гордо:
- Ну что, теперь признаёшь, что я - Царь зверей?!
Осёл с придыханием, закатывая глаза:
- Лёва, ты не царь... ты - БО-О-ОГ!

Вовочка спрашивает у папы: — папа, что такое басня? — это когда животные, ну например осёл и свинья, разговаривают так, как сейчас мы с тобой.

Прокофий Акинфиевич Демидов, унаследовавший треть грандиозного отцовского состояния, учился в Европе, занимался благотворительностью, однако прославился благодаря своим чудачествам, достойным дремучего крепостника—самодура. Во время поездки в Англию Демидов попытался заключить контракт с англичанами, но не сумел, и страшно на них разобиделся. Узнав, что английские купцы прибывают в Петербург, чтобы закупить пеньки, не забывший обиду Демидов скупил всю пеньку, что была в столице и окрестностях, и наотрез отказался продавать её. Купцы уехали ни с чем, а Демидов пеньку сгноил — забыл о ней, ведь пенька была ему совершенно не нужна.