Либерзон эмигрировал в Китайскую Народную Республику, вступил там в компартию и достиг весьма высоких постов.
Но, оставаясь ортодоксальным евреем, он продолжал носить пейсы.
Однажды приходит к нему влиятельный китайский партийный функционер и говорит:
- Товарищ Либерзон, вашей работой мы очень довольны. Но нам не нравится, что вы, будучи коммунистом, а, значит, атеистом, продолжаете, как прежде, носить волосы в соответствии с обычаями верующих евреев.
- Я ношу пейсы, - отвечает Либерзон, - не из религиозных убеждений, а по привычке и по традиции.
- В полном согласии с новым курсом партии, мы в корне отвергаем традиции. Смотрите: мы в течение тысячелетий носили косички, а теперь их обрезали.
Либерзон надолго задумывается, потом говорит:
- Очень может быть, но ведь косичка - это совсем не так красиво!
Но, оставаясь ортодоксальным евреем, он продолжал носить пейсы.
Однажды приходит к нему влиятельный китайский партийный функционер и говорит:
- Товарищ Либерзон, вашей работой мы очень довольны. Но нам не нравится, что вы, будучи коммунистом, а, значит, атеистом, продолжаете, как прежде, носить волосы в соответствии с обычаями верующих евреев.
- Я ношу пейсы, - отвечает Либерзон, - не из религиозных убеждений, а по привычке и по традиции.
- В полном согласии с новым курсом партии, мы в корне отвергаем традиции. Смотрите: мы в течение тысячелетий носили косички, а теперь их обрезали.
Либерзон надолго задумывается, потом говорит:
- Очень может быть, но ведь косичка - это совсем не так красиво!
- 23.02.2022
- 299 просмотров
