Любишь слушать то, что тебя не колы...

Комментатор футбольного матча по радио:
– Родригес выходит к воротам. Удар головой – штанга! Еще удар головой – штанга! Опять удар головой – штанга! Дайте ему, наконец, мяч или как-нибудь прекратите эту истерику!

Дорогие блоггеры, форумчане, журналисты.
Я устал.
Я ухожу.
Ваш русский язык.

Дело происходило в начале прошлого века.
Пятнадцатилетний еврейский мальчик эмигрирует в Америку. Первым делом он приходит в синагогу просить работу. Там говорят:
- У нас есть для тебя работа. Можешь быть служкой. Ты грамотный?
- Нет, - отвечает мальчик.
- Ну, тогда извини, - говорят ему, - работы нет.
Расстроенный мальчик идет на улицу, на последние деньги покупает апельсин, выжимает сок, продает его. На эти деньги покупает два апельсина, опять выжимает сок. Мало-помалу он покупает фруктовую лавочку, потом крупный магазин, и, наконец, через сорок лет он знаменитый фруктовый король Америки. К нему приходит журналист брать интервью.
Журналист:
- Вы один из самых богатых и уважаемых людей Америки. Все мы едим ваши фрукты, пьем ваши соки. Должно быть, чтобы всего этого достичь, вы много учились, закончили университет...
- Нет, - прерывает его миллионер, - я нигде не учился. Я - неграмотный.
- Боже мой! - потрясен журналист. -
Такой человек и неграмотный! А, представляю, чего бы вы достигли, если б были грамотным!
- А я знаю, - говорит миллионер, - я был бы служкой в синагоге.

Буш перед журналистами объясняет, почему у него ободрано лицо.
- Правда ли, что вы ободрали лицо из-за преследующих вас приступов эпилепсии?
- Наглая ложь! Говорю же - ободрал, потому что подавился кренделем, а во время приступа эпилепсии я подписал новую ядерную доктрину.

- На Олимпиаде ведь что самое главное – пиар, - заметил Плющенко в интервью журналистам.

В подъезде своего дома в Москве застрелен независимый журналист Н. , известный своими изобличительными статьями против наивысших государственных чинов. У правоохранительных органов единственная версия убийства — необычайная жара, которая стоит сейчас на Мадагаскаре.

Вчера на аукционе неизвестный приобрёл яйца Фаберже за 10 миллионов долларов. "Нам этих денег теперь хватит на несколько лет!" - радостно сообщил журналистам директор анатомического музея.

Потоп в многоэтажке, мокрые жильцы выбегают на улицу. Журналист:
- Чего вы сейчас боитесь больше всего?
- Не знаю. Могу только сказать, чего мы боимся меньше всего - это пожара.

Умирает журналист. Его, как положено, встречает Петр:
- Ну, мил-человек, пожил ты славно, можешь выбирать, куда хочешь, в рай или в ад.
- А вы мне и то, и другое сначала покажите, - просит журналист, - а то знаю, я вас, анекдоты по теме слышал.
Петр показывает ему ад. Тесная, прокуренная комнатенка, набитая работниками творческого труда; глаза у всех красные, волосы наполовину повыдерганные, руки дрожат, кофе уже не лезет - через час дедлайн, а еще ничего не готово.
Журналист тихонько прикрывает дверь, бормоча под нос: "Знаем-знаем, накушались вволю". Ему показывают рай. В точности та же картина: тесная, прокуренная комнатенка, полусумасшедшие люди, часть мебели разломана, техника работает не вся, бычки сыплются изо всех щелей: дедлайн через полчаса, а еще конь не валялся. Журналист шарахается от рая, заглядывает еще раз в ад, и изумленно спрашивает у Петра:
- А разница-то в чем?!
- А разница, - отвечает Петр, - в том, что эти (показывает на жителей рая) - успеют.