Люся Сидорова была настолько милая,...

Высоко-высоко на Красной Поляне бульдозерист Сидоров после работы забыл заглушить бульдозер. И ему за это ничего не было. Ведь, пока он спал,
все слышали, что подготовка к Олимпиаде идёт полным ходом.

Чукча говорит геологу:
- Угадаешь сколько у меня оленей, обоих подарю!
- У тебя два оленя.
- Шаман, однако!

Этнограф сидит напротив шамана и думает: "Бедный, невежественный дикарь! Неужели он правда считает, что в мире духов действительно существует такой же Енисей, такая же тайга и такие же олени? Вот примитивная какая религия!"Шаман сидит напротив этнографа и думает: "Вот блин, как же мне объяснить этому доброму, но бедному и невежественному дикарю, что сакральный топос отличается от профанного субстанциально, а не экзистенциально? О! Скажу-ка я ему, что в мире духов существует такой же Енисей, такая же тайга и такие же олени - авось хоть что-то поймет".

Пьяный мужик идёт по лесу. Вдруг на него выскакивает олень и сбивает его наземь. Только поднимается — медведь вслед за оленем бежит, сбивает мужика опять и даже не замечая этого, бежит дальше. Мужик в ярости встаёт и видит, как на него набегает большой заяц. Мужик злорадно улыбается... Думает, блин, сейчас отыграюсь... Через секунду оказывается на земле, а заяц убегает. И тут раздаётся голос с небес: — Мужик , а мужик! Ты бы отошёл от карусели!

Сантехник Сидоров рискнул и разбавил спирт лимонадом "Буратино". А че, кто не рискует - тот не пьет шампанского.

Допрашивают чукчу. Следователь:
- Ты зачем медведя стрелял, охота ведь запрещена?
- Однако шкура надо.
- А оленя с соседнего стойбища?
- Однако мясо надо.
- Ну, а геолога-то зачем?
- Однако спичка надо.

По сравнению с нашими чиновниками Моисеев и Зверев нормальные мужики.

- Милая, быстрее сюда! Посмотри как мороз разукрасил окна.
- О господи! Это же твоей рукой написано "ты жирная шлюха"!
- Нет. Это мороз.

- Люся, ты бы помыла сливы.
- Да лень...
- Да? А дизентерией потом болеть не лень?
- Да ну вас! Мне предсказали, что я умру от старости.
- Угу. Сидя на унитазе!

Сначала москвичи выбирают мэром оленевода, а потом удивляются, что из них делают оленей.