Мать спрашивает дочь: - Ты что плач...

Мама: — Сынок, если ты не будешь есть кашу, я позову Бабу—ягу! Сын: — Ты думаешь, она будет есть твою кашу?

- Папа, вчера мама сравнила тебя с птицей.
- Я знаю, сыночек, наверное как всегда с орлом.
- Разве дятел из семейства орловых, папа?

– А давайте Киркорова на Новый год пригласим, пусть нам вживую споет!
– Чтобы Киркоров вживую запел, тебе денег не хватит.
– А мы отпоем его, откормим!
– Запомни, Виталик: сколько Киркорова не корми, все равно под фонограмму петь будет.

В понедельник у девочки Яны была очень широкая улыбка и все думали, что ей весело. А на самом деле мама случайно затянула ей потуже косички.

Маленькую Лизу, глухую на одно ухо, мама ласково называла Моно Лиза.

– Зин, кто это у тебя в доме так неистово молится? Просит остановить сатану. Развернуть нечисть вспять. Вернуть это исчадие в свою клоаку.
– Не обращай внимания. Это я сказала мужу, что моя мама к нам в гости едет.

— Мам! у меня губы обветрились!!! — Говорила я тебе — зима на улице! Трусы нужно одевать!

В семье Сидоровых мама была неверна папе, а папа маме. Это положение приносило Вовочке немыслимый для пятиклассника доход из-за постоянного совершенствования мальчиком технологии шантажа.

Штирлиц шел по ночному Берлину плотно закутавшиcь в плащ. Моросил мелкий промозглый дождь который так и норовил затечь Штирлицу в левую ноздрю.
Почему в левую? - c досадой думал Штирлиц. В воздухе застыло что-то непонятное, тоскливое и тревожное, похожее на туман. Штирлиц вышел из запоя.
Неожиданно из-за угла бывшего Театра Лилипутов появилиcь три темные фигуры в форме офицеров гестапо. Фигуры окружили Штирлица со всех cторон девятимиллиметровых шмайсеров МР40 с откидным прикладом.
cлепя глаза отблесками уличных фонарей на мокрых cтволах
Повеяло перегаром дешевого гестаповского портвейна, который тут же напомнил Штирлицу его родной перегар и, cоответственно, родину-мать.
- ... мать! - пронеслось в голове у Штирлица.
- ... мать! - отозвалоcь эхо в другой половине головы.
- Sich eine Zigarette anzunden? [Закурить не найдется? ] - спросил старший гестаповец, хриплым от хазергита голосом.
- Seichas vyi u menya zakurite, suki! [Конечно найдется! ] - с надрывом ответил Штирлиц, и быстро, но cо смаком, дал закурить двум немцам.
Третьего в ту ночь ему догнать так и не удалось.

- Мама, не ругай меня, я очень хороший ребенок!
- Это еще почему?
- Ни одна домработница не выдерживает у нас больше месяца, а я с вами уже 7 лет живу!
Анна