На киностудии режиссер говорит моло...

Хочу приехать к тебе, как принц: взять тебя за руку, крепко обнять, поцеловать, признаться в любви, забрать тебя с собой!.. Но чёт всё пьянки-гулянки, левые тёлки, в общем, не до тебя пока.

Люблю наши приметы. Рассыпала соль - к ссоре, разбила тарелку - на счастье, пересолила - влюбилась. Легче во всем видеть какой-то символ, чем признать, что это просто руки из жопы.

В деревне фельдшер зашивает мужику рассечённую бровь: — Ну как ты, Колька, умудрился с велосипеда так упасть? Руки—то у тебя на что?! — Если бы я упал на руки, то Васька с Димкой за два разбитых пузыря водяры вообще бы меня похоронили…

Рабинович сидит в варьете рядом с незнакомым господином. Выступает конферансье. Рабинович поворачивается к соседу и шепчет:
- Явно один из наших!
Потом выходит певица.
- Тоже из наших, - говорит Рабинович.
На сцене появляется танцор.
- Тоже из наших, - заявляет Рабинович.
- О, Господи Иисусе! - в ужасе стонет сосед.
- Этот тоже из наших, - подтверждает Рабинович.

Чебурашку и Гену посадили в тюрьму в одну камеру. Чебурашка лег на одно ухо, другим накрылся и уснул. А Гена нервничал и шагал по камере взад-вперед.
Наконец остановился и с размаху дал Чебурашке пинка.
– Ой-ё-ёё-ёй!
– А-а, и тебе не спится Чебурашка!

Мужик заходит в зоомагазин за белыми мышками для своего удава. Видит — клетка с попугаем, ну он подошел поглазеть. Попугай:
— Ширрринка рррастегнута!
Мужик краснеет, отворачивается застегнуть.
— Дырррка в брррюках!
Мужик еще сильней краснеет и пытается прикрыть рукой задницу.
— Шнурррок ррразвязан!
Мужик нагибается завязать.
— Ты перррнул!
Тот, красный как свекла, вылетает из магазина.
Голос из клетки с мышами:
— Иннокентьич, с нас как обычно.

Главный орган у человека - это задница. Во всем принимает участие - в лечении, учении, воспитании, принятии решений и поиске приключений.

Старшина, любитель «веселых сигарет», построил роту, выдал каждому по папиросе, по горсте анаши и говорит: - Считаю до пяти. Кто за это время забьет косяк, тому 10 суток отпуска.
1,2,3,4,5 СМИРНО!
Проходит вдоль строя, все на вытянутой руке держат идеально забитые косяки, и только один солдат стоит – руки по швам и так задумчиво куда-то в даль смотрит.
- А ты чего?
- А я уже дома…