На первом же ходу в поединке с Крам...

Собрался в ночной клуб, а батя говорит:
— А давай тебе тут п@здюлей дадим, и дома сиди.

Пошел мужик на охоту. Встретил в лесу медведя. Промахнулся с обоих стволов, перезаряжать времени нет - пришлось бросить ружье и побежать от медведя. Бегут, медведь почти догнал мужика. Тут они пробежали по калмыцкому пикнику - и калмыки побежали за мужиком. Поздно вечером довольные калмыки возвращаются домой, обсуждают погоню: "а тот, который в шубе, хорошо блин махался, еле запинали.."

В Поместье Малфоев — День Добрых Дел. Волдеморт просит придумать доброе дело. Белатрикс предлагает: — А давайте Поттеру развяжем руки. Тут встаёт Люциус и невольно говорит: — Ага, ты ещё предложи его откопать!

Волк с зайцем нашли клад и не могут поделить - каждый хочет забрать все себе.
Волк и предлагает: "Давай заяц, кто из нас кому больше зубов выбьет, тот и забирает весь клад. Договорились? "
Заяц: "Договорились? "
Волк дает зайцу (как более слабому) первому бить. Заяц разбегается и со всего маху волку кааак даст волку по челюсти задней лапой. У волка звезды перед глазами, головой мотонул, выплевывает выбитые зубы, считает и говорит: "Фесть! "
Очередь волка: "Ну, дерзысь, касой! "
Волк разбегается и со всего маху зайцу по челюсти. Заяц отлетел в дерево, кубарем перевернулся и рухнул под ноги волку. Еле встает, выплевывает зубы и говорит: "фыфыре"!
Волк: "Как фыфыре? "
Заяц: "так у меня фсего фыфыре! "

Лежат в реанимации трое. Один с инсультом, а двое с инфарктом. Заводится разговор кто и почему здесь:
– Да я вот в магазине работаю, только товар налево, а тут налоговая, вот и прикинулся. А ты?
– А я зав. базой. Тоже товар туда–сюда, налоговая, вот и здесь отлеживаюсь.
А с инсультом совсем никакой. Его спрашивают:
– А ты где работаешь?
– Гробовщиком.
– Ну и что?
– Вы не представляете… Несут гроб, черный, лакированный, штук 5–7 баксов, а в нём – лежит в костюме от кутюр, пальцы – все в болтах, зубы – все золотые, шея – в цепях. День не сплю, второй, третий. На четвертый решился. Откапываю, поднимаю крышку гроба, а он с*ка, улыбается всеми 32–мя зубами, и говорит – "контрольное захоронение".

Как—то подошел атеист к верующему и спросил: — Скажи, а правда, что если тебе ударить по одной щеке, ты подставишь вторую? — Правда. Атеист бьет верующего. Тот подставляет вторую. Атеист бьет во второй раз. Тут верующий со всего маху бьет атеиста. — А почему? — возмутился было тот. — А дальше в Библии — НИЧЕГО не сказано, — ответствовал верующий.

В офисном туалете все кабинки заняты, рядом стоят двое сотрудников в очереди, и слушают как в одной кабинке кто-то обсуждает вопросы довольно крупного контракта.
Наконец сиделец решил, что пора уходить и говорит своему собеседнику: "Вы знаете, я сейчас на очень важном совещании..." И тут из соседней кабинки раздается звук работающего бачка.
- Убили мужика, - сказал один из стоявших в очереди.
И тут же раздается оглушительный пук.
- И контрольный выстрел сделали, - добавил второй.

Юлий Цезарь был знаменит тем, что мог одновременно делать несколько дел: смотреть гладиаторские бои, читать новости, слушать музыку и тут же кормить крокодилов теми, кто разбавлял все это рекламой.

Деревня. Ночь. Стог сена. В стогу — Ваня и Маня. Лежат. Маня замечает гуляющих вдалеке лошадей. — Смотри, Вань, конь с кобылой гуляют. — Угу... Тут конь запрыгивает на кобылу и начинает ее пользоваться. — Вань, а Вань, а откуда конь знает, что кобыла хочет? — Так по запаху. Проходит минут пять. — Вань, а у тебя что, насморк?

Две монахини едут на машине по сельской местности. У них заканчивается бензин. К счастью, недалеко оказалась заправка, куда они добрались пешком. Подходят в кассу и говорят:
– Мы тут заглохли неподалеку, бензин кончился. Налейте нам в канистру.
Продавец:
– Канистры у нас закончились. Могу предложить только утку больничную. После операции досталась, как сувенир на память.
– Ну давайте хоть в утку! А то ж мы никак до заправки не доедем.
Налил он им бензина в утку, возвращаются они пешком к машине, заливают в бачок из утки. Тут мимо проезжает какой-то мужик на машине, останавливается, открывает стекло и со взглядом, полным уважения, говорит:
– О-о-о, сестры мне бы вашу веру!