На прошлой неделе молодой пилот гражданской авиации Петр Смирнов впервые преодолел звуковой барьер. Ему удалось вставить две свои фразы в разговор тещи с тремя соседками по загородной даче.
Привозят в больницу старенькую бабульку с отравлением. Ей поставили капельницу, промыли желудок. Подходит доктор: - Вас уже привозили на прошлой неделе с отравлением грибами! Что же на этот раз? - Так я, милок, их доела!
- Я за Вами следил постоянно, расспрашивал о Вас Ваших соседей, записывал Ваши телефонные разговоры и даже стрелял в Вас, чтобы увидеть Вашу реакцию. Из моих наблюдений я пришел к неопровержимому выводу - ВЫ СТРАДЕТЕ ПАРАНОЙЕЙ !
Разговор двух новых русских лет так через десять: - Братан, как провел выходные? Опять на Гавайях? - Гонишь. Сейчас на Гавайях - только лохи. Мы оттягивались бригадой на орбите. Класс! Невесомость. Мы летаем, бухало летает, жратуха летает. Вот только Вован все испортил. - Каким образом? - После пятой бутылки его стошнило…
Расставаясь, они оба плакали: он уезжал на неделю в командировку, а она к маме в деревню... Встреча была неожиданной...через три дня...на пляже...в Египте...
Оборотень Пётр, как ни старался, не смог сделать карьеру в астрономии. Глядя на луну в телескоп, он всегда немножечко подвывал. Эта черта раздражала коллег и ужасно сердила его начальство. Какая уж тут карьера. Ещё Пётр ел людей.
Стук в дверь. Мужик открывает - стоит скелет с записной книжкой и спрашивает: - Сидоров Петр Петрович? - Да... А... а ты кто? - Смерть. - Уже за мной? . . - Пока нет. Провожу предварительный опрос клиентов с целью повышения качества обслуживания. - Ах, так?! Тогда пошла отсюда на х%й, чтобы я тебя не видел!!! - Спасибо. Записываю: "Рак предстательной железы и катаракта".
- Геннадий Иванович, разрешите к вам обратиться, как к руководителю? - Петрович, давай уже без формальностей. Я знаю тебя десять лет. Предлагаю перейти на «ты». - Ну, ты, Гена и мудак! - Так, переходим опять на «вы»…