Наконец-то дни стали длиннее, света...

Отдел кадров.
- Что можете делать?
- У много профессий.
- Нам нужны сварщики.
- Я сварщик высшего разряда.
- О, это то, что нам нужно. Но при одном условии: у Вас должно быть хорошее чувство юмора.
- Да с юмором у меня всё в порядке. А вам зачем?
- Работа у нас ответственная, а зарплата смешная…
- Ну, что ж. Я согласен. Но и работать я буду так, что ухохочетесь…

В Москве на площади Свердлова поставили памятник Марксу работы Кербеля. Комментарий армянского радио: — Тройная наглость! Один еврей на площади имени другого еврея ставит памятник третьему еврею!

Новая диета для формирования бюста. Вначале два дня ешь одни салаты.
Потом три сидишь на одном кефире. Далее пять дней - на одном травяном чае. После этого шесть дней пьёшь только воду.
Потом девять дней... Потом сорок дней... Потом годовщина... И наконец-то новый бюст к столетию со дня рождения на родине героя...

Заходит новый русский в аптеку:
— Хлеба!
Аптекарша, растерянно:
— Но это аптека! Здесь не продают хлеб.
— А по барабану! Хлеба давай!
Короче, кое-как отделалась от него. Но на следующий день история повторилась. На третий день испуганная аптекарша скупила весь соседний хлебный магазинчик и разложила продукт на прилавок. Тут, как по часам, заходит новый русский.
— Молока!
— Но вы же два дня требовали хлеба!
— Хлеб уже в библиотеку завезли.

Человеку не дано постичь три вещи. Бога, Вселенную и Советских Инженеров, которые придумали стену через которую все, б**ть, слышно, но гвоздь в нее забить невозможно!!!

- Алло, привет, чем занят?
- Да вот, позавтракал, играю в "Танчики", жду обеда...
- Так ты на работе?
- Щас посмотрю... Так-с, папки "Порнуха" нет... Не, точно на работе.

Когда Господь Бог хочет наказать американцев, он насылает на них ураганы, землетрясения, потопы и пожары. А когда хочет наказать остальные народы, он насылает на них американцев.

- Вот вспомни, у вас в деревне , когда наступила перестройка, что-нибудь стало возможным, что было невозможно?
- Конечно, все козлов стали называть Мишками, а коз Райками.

Немецкий снайпер сидит в окопе, с русской стороны никого не видно, работа простаивает. Ну, значит, и схитрил. Кричит:
– Петр!
Из окопа выглядывает голова, снайпер снял.
– Василий!
Опять выглядывает солдат, снайпер его снимает.
– Иван!
Та же история. В окопе сидит чукча и почти молится:
– Только не Бузурбай! Только не Йорхойдыр!

Психиатр тычет мне листок бумаги с кляксой:
— Что вы видите?
— Грустного одинокого человека, изнывающего от общения с идиотами, нудной работы задешево и прочей жизненной несправедливости.
Доктор, всхлипывая:
— А на картинке? . .
Захотелось его обнять.