1945 год. Урок в немецкой школе. — Ганс, проспрягай глагол "бежать". — Я бегу, мы бежим, ты бежишь, вы бежите, он бежит, она бежит... — А "они"? — А они наступают, господин учитель!
Мужика арестовали по обвинению в продаже самогона. Его адвокат, обращаясь к суду присяжных: - Господа, ну вы сами посмотрите внимательно на моего подзащитного. Если бы у него был самогон, разве бы он его кому-нибудь продал? Обвиняемый был оправдан.
— Господа, — хвастается лорд Форсайт своим приятелям по клубу, — За одну ночь я наставил рога сразу троим джентльменам! — Как это вам удалось? — Я провел ночь с собственной женой.
— Ничтожество, ты создан с единственной целью — прислуживать мне, своему господину! Повинуйся мне, или я уничтожу тебя и весь твой род! — Киса, киса, что ты там мяукаешь, кушать хочешь? Иди ко мне кис—кис...
Это случилось в Вене в начале ХХ века. Государство хочет получить большой заём у барона Ротшильда, и вот барон приезжает во дворец Шенбрунн, где он должен подписать договор. К нему подходит шеф полиции и доверительно говорит: - Господин барон! Предостерегите вашего сына Морица! Он вращается в кругах социалистов. Мы больше не сможем безучастно наблюдать за этим со стороны. Барон сидит в зале, перед ним на столе лежит договор. Ему протянули золотую ручку, но он сидит неподвижно. - Господин барон не подпишет? - Нет. Как я могу доверять монархии, которая боится моего сына Морица?
— Дальномерщик, дистанция до противника? — Два—три километра, господин майор! — Что за ерунда, сержант! — Два километра до головы колонны, три — до хвоста, господин майор.