Одесский дворик. - Циля, почему ты...

— Мир разделился на два лагеря — одни вешают американские флаги у себя в кабинетах, на крышах домов, покупают футболки с изображением флага, другие — эти флаги срывают, рвут и жгут... — И только два старых еврея — Абрам и Мойша продолжают заниматься своим делом — шить американские флаги...

- Ёсик, ты таки знаешь, шо руки женщины должны просто содрогаться от подарков, ноги от ceкcа, а сердце от безумной и страстной любви!
- Циля, рыба моя, а тебя таки не разорвет от такого резонанса?

Встречаются поп и раввин. Поспорили, чьи молитвы чудотворение. Поп, рассказывает: — Как—то пошел я по делам в дальний приход. А тут вдруг дождь. Но я помолился и чудо — везде дождь, а округ меня сухо! Раввин в ответ: — Это что. Вот я как—то раз шел по улице в субботу, смотрю лежит бумажник и из него деньги торчат. А деньги в субботу мне трогать нельзя. Но я богу помолился, и представляешь, везде суббота, а вокруг меня четверг.

Абрам переселился в один поселок, где жили одни католики, причем в дом, расположенный рядом с церковью. И каждый четверг, считающийся у католиков рыбным днем, Абрам жарил мясо у себя в саду, запах этого мяса доходил до церкви, и это сильно смущало прихожан. И решили они уговорить
Абрама принять католицизм. Это было очень нелегко, но все же под давлением общественности Абрам в конце концов соглашается. Во время обряда принятия новой религии священник окропляет лоб Абрама святой водой и произносит:
- Ты родился иудеем. Ты вырос иудеем. А теперь ты католик.
Все жители вздохнули с облегчением. Однако в следующий четверг они снова ощутили запах жареного мяса. Все тут же отправляются к Абраму, чтобы напомнить ему, кто он теперь есть, и видят такую сцену: Абрам жарит кусок мяса и произносит:
- Ты родилась коровой. Ты выросла коровой. А теперь ты рыба.

Умирает в больнице старый Абрамович. Вокруг собралась попрощаться семья.
— Мойша, — говорит Абрамович, — Тебе я завещаю мою улицу с жилым комплексом на западе города.
— Понял, папа, спасибо.
— А тебе, Изя, мой северный проспект, там где казино и театр.
— Благодарю тебя, отец мой.
— Рахель, а тебе мой южный бульвар, ну знаешь, где сувенирные магазины, художественная галерея, и синагога.
— Спасибо, папочка родной.
Присутствующий рядом обалдевший врач шепчет на ухо Мойше:
— Послушайте, а я и не знал, что ваш отец-таки такой богач!
— Боже мой, я вас умоляю, да какой богач? — Отвечает Мойша, — Он всю жизнь на велосипеде газеты развозил, нам сейчас свои маршруты оставляет!

Девушка пригнала машину в автосервис и говорит механику:
- После того, как кто-нибудь поездит со мной в машине, в ней появляется странный неприятный запах. А когда я езжу одна, этого запаха нет.
Механик ей:
- Что ж, давайте проедемся вместе.
Он сел с ней. И она погнала по улицам на дикой скорости. Виляет, бьется о бордюры то с одной стороны дороги, то на другой. Еле разъезжается со встречными, чуть не сбивает прохожих...
Вернулись.
- Вот! Чувствуете? Опять этот запах!
- Чувствую??? Я в нем сижу!

Абрам встретил Сару, отдохнувшую в санатории, на вокзале, пришли домой, Абрам берёт телеграмму со стола и, тряся ею перед носом Сары, говорит:
- Читай!
Сара читает:
- Абрам, завтра приезжаю в 15-40, встречай. Твоя любимая Сара.
Абрам:
- Ну и зачем ты написала "Твоя любимая Сара"?
Сара, растерянно глядя на телеграмму шепотом спрашивает:
- А что, уже нелюбимая?
Абрам:
- Дура! Ты за три лишних слова переплатила!

Блондинка приехала в автомастерскую:
-Понимаете, я ехала по улице и вдруг под машиной что-то загремело. Я положила отвалившуюся деталь в багажник и сразу сюда.
-Хорошо, - отвечает механик, я сейчас посмотрю...
Через десять минут:
-Я всё исправил, мадемуазель. Но вот канализационный люк придётся вернуть на место...

— Евгений Иванович, вот Вы наш начальник, много знаете, разъясните мне, что всё—таки означают демократия, свобода слова. — Как бы тебе объяснить. Понимаешь, Женя, при демократии можешь говорить мне в лицо всё, что ты думаешь обо мне. И тебе за это ничего не будет. Ни премии, ни отпуска, ни квартиры....