Одна черта мне в тебе не нравится. ...

Мир катится к черту. Так ему, черту, и надо!

Смотрят как-то телевизор ангел и черт.
- Слушай, может тоже евровиденье своё устроим?
- Ага. Певцы с вас, жюри с нас?
Долго смеялись.

Штирлиц наслюнявил карандаш и вывел на бумаге:
- Здравствуй, Оксана!
"Нет,- подумал разведчик,- не так". Он тут же смял бумажку и съел.
- Здравствуй, Юля!
"Опять не то",- подумал Штирлиц, съедая вторую бумажку.
- Здравствуй, Ира!
"Черт, совсем память отшибло - как же ее звали? - Штирлиц съел и эту бумажку.- Ну вот, по крайней мере, теперь я сыт".
- Вы знаете,- сказал Штирлиц связному,- рисковать не будем. Передайте моей жене все на словах. Скажите, мол, я люблю ее, жду-недождусь встречи с ней, ну, и все такое прочее...

Папа Карло стругает топором полено:
Тюк – мальчик будет.
Тюк – девочка.
Тюк – собачка.
Тюк – без ног.
Тюк – а, ладно, черт с ним, брелок.

Разъярённая жена кричит мужу:
- Немедленно проси прощения, негодяй!
- За что?
- Ты начинай извиняться в общих чертах, а за что - я сейчас быстренько придумаю.

Молодой черт на стажировке у сковороды видит, как опытный переворачивает лопатой вопящего грешника на живот и что-то запихивает тому в зад.
— Что такое? Новая пытка? Мы еще не проходили...
— Нет, тут грешник особенный — наемный убийца, всей душой наш, но при жизни с полученных денег бывало свечку-другую в храме ставил. Надо ж как-то зачесть, вот, поменяли ему их один к одному на анальгиновые.
— Так у нас же тут ад, обезболивающие не работают, толку ему от этих свечек?
— Думаешь жертвам его был толк от тех?

– Ты что нос повесил, старина?
– Черт бы их побрал, этих друзей! Знаешь, какую они сыграли со мной идиотскую шутку: положили дамские трусики мне в карман.
– И что, твоя жена их обнаружила?
– Нет, моя любовница!
– Ну, это не так уж страшно.
– А сразу видно, ты ничего не понимаешь. Она тут же позвонила моей жене и все рассказала.

Обжегшись на Мухаммеде датские художники стили осторожней.
Теперь они рисуют карикатуры на пророков неизвестной религии, в неопределенной одежде, без ярко выраженных национальных черт, с калашниковым на груди.

На улице итальянского городка монах наблюдает за парнем, которому никак не удается завести мотоцикл. Парень сердится и ругается: — Что за чертовщина, черт бы его побрал, тысяча чертей! Монах подходит ближе и говорит укоризненно: — А вы бы вместо ругани сказали: — Помоги мне Бог! Парень говорит: — Помоги мне Бог, жмет на стартер, мотор взвывает, и парень катит прочь. Ошеломленный монах таращит глаза: — Что за чертовщина?!

— У вас кран течет?
— Нет...
— Ивановы тут живут?
— Нет, они съехали полгода назад!
— Вот люди сантехника вызвали, а сами уехали черте куда!..