Однажды Фpекен Бок yзнала, кто та...

Идет цыган по ярмарке. В животе так пусто, что аж в ушах звенит.
Глядь - мужики пельмени трескают. Подходит цыган к мужикам и говорит:
- Слушайте, мужики! Как вы ЭТО едите? Мне стоит только посмотреть на них - уже всего выворачивает!
Тут один мужик предлагает:
- А давайте накормим этого цыгана!
В общем, скрутили беднягу, двое за руки держат, один пельмени в рот кидает.
Цыган, вырываясь, кричит:
- Лучше пусть один держит, а двое кидают!

Надпись на дверях приемной КГБ: "Прием граждан круглосуточно".
Снизу приписка: "А когда выдача?"

Любовь - это когда у женщины большие уши, а у мужчины - макаронная фабрика.

Жена ушла жить к соседу. Какое наслаждение теперь по вечерам с холодной бутылкой пива в руке сидеть, прижавшись ухом к стене, и наслаждаться шумом скандала. И думать сладострастно при этом: «А ведь на его месте мог быть я…».

А вы слышали легенду о знаменитом Женском Корабле, где не только все пассажиры были женщинами, но и вся команда, начиная от капитана и заканчивая юнгой?
Не удивлён, если не слышали. Нет, это вовсе не печальная история и корабль не утонул сразу же, как вышел из порта. Он до сих пор в порту, а женщины продолжают обсуждать кто там должен командовать и куда им плыть.

Мужик умирает. Позвал родных:
- Брат. Помнишь, как тебя с работы уволили? Это я накапал. Сестра! Помнишь, как тебя в КГБ таскали? Это я анонимку написал. А ты, жена, помнишь, как тебя посадить хотели? Это тоже я постарался. Простите, если можете. А теперь – мое последнее желание – подвесьте меня ногами к люстре.
И умер. Его взяли за ноги – подвешивают. Вдруг звонок в дверь.
Открывают, а там милиция:
- К нам тут заявление поступило, что здесь над покойником издеваются!

Фронт. Под команду "В атаку, урааааа!" все ринулись вперед, один Рабинович пятится назад. Замполит к нему:
- Ты куда, расстреляю!
Рабинович:
- Шо вы кричите, я брал разгон!

Умирает в больнице старый Абрамович. Вокруг собралась попрощаться семья.
— Мойша, — говорит Абрамович, — Тебе я завещаю мою улицу с жилым комплексом на западе города.
— Понял, папа, спасибо.
— А тебе, Изя, мой северный проспект, там где казино и театр.
— Благодарю тебя, отец мой.
— Рахель, а тебе мой южный бульвар, ну знаешь, где сувенирные магазины, художественная галерея, и синагога.
— Спасибо, папочка родной.
Присутствующий рядом обалдевший врач шепчет на ухо Мойше:
— Послушайте, а я и не знал, что ваш отец-таки такой богач!
— Боже мой, я вас умоляю, да какой богач? — Отвечает Мойша, — Он всю жизнь на велосипеде газеты развозил, нам сейчас свои маршруты оставляет!