От первой платформы отправляется ...

- Вы в курсе, что у Боширова и Петрова номера паспортов идут подряд?
- О ужас! Они пронумеровали всех геев.

В поезде на полке лежит полная пожилая еврейка и стонет: – Как я хочу пи—ить, как я хочу пи—ить… И так полчаса. Парню, который также ехал в том же купе, надоело ее слушать, и он принес воды. Еврейка попила и стала стонать: – Как я хотела пи—ить, как я хотела пи—ить…

Рабинович рассказывает в вагоне бесконечные еврейские анекдоты. Вот он опять начинает: "Идёт Кац...". Сосед по купе просит:
- Пожалуйста, хоть разок не о Каце.
- Хорошо. Жена Каца рожает...
- Но я же просил - не о Каце!
- А вы не перебивайте - ребёнок же не от Каца!

Следователь: — Вы узнаете этот нож? — Конечно! — Ага! Все—таки узнаете? — Дык как его не узнать... Вы мне его уже второй месяц показываете!

Мчится поезд. Вдруг машинист видит, что на путях стоит еврей. Неожиданно поезд сходит с рельс и через поле мчится к лесу. В кабину машиниста врывается испуганный начальник поезда: — Ты чего, с ума сошел? — Понимаете, — объясняет машинист, — еду я, вдруг вижу на путях еврей стоит... — Так и надо ж было давить его! — восклицает начальник поезда. — Я и хотел, а он к лесу побежал!

Едут в поезде хохол и русский. Решили в дурака поиграть, а карт нет.
Решили играть тем, у кого что есть. Хохол сало достал, ну а русский буханку черного хлеба.
Хохол отрезает шмат, кладет, говорит: - Туз.
Русский отрезает хлеб, говорит: - Шесть козырная - забирает и есть начинает.
Ну, хохол обалдел, думает, как бы русского теперь надурить.
Отрезает еще больший шмат, кладет, говорит:
- Туз козырный!.
Русский репу почесал, подумал, и говорит:
- Что ж делать, принял...

В двухкомнатной коммуналке квартире в одной комнате живет молодая пара с ребенком, а в другой — одинокий алкаш. У него была дурная привычка: приходя домой в 3 часа ночи, он снимал ботинки и швырял их в стенку. Соседей это конкретно достало, и муж его отчитал. Тот пообещал не бузить. В следующий раз, пьяный сосед по привычке в 3 ночи снял ботинок и швырнул его в стену, но тут вспомнил свое обещание, осторожно положил второй на пол и заснул. Просыпается от стука в дверь. На пороге сосед: — Слушай, у тебя совесть есть ? Мы уже два часа не спим — ждем, когда ты второй ботинок кинешь.

Поезд дальнего следования. Зима. Сибирь. В тёплом купе едет генерал из очередной проверки со своей свитой — пара полковников и майор. В купе натоплено — вышли в холодный тамбур — покурить. Поезд останавливается, выбегает проводница — "Мущщины отойдите, полминуты стоим не мешайте высадке... ", — открывает дверь... За дверью — вьюга, полустанка за метелью не видно... Фонарь одинокий мотыляется на ветру... Выскакивает в тамбур какой-то капитан с чемоданом, кидает чемодан наружу и собирается прыгать следом.
Генерал:
— Серёга? ТЫ?
Капитан, оборачиваясь:
— Колян, [дол]бать-колотить, ты-то как здесь?
— Да я вот с проверки еду, а ты-то как...?
— А сюда служить приехал, извини — поезд трогается, увидимся.
Поезд отъезжает, генерал молча курит, свита молчит...
Майор:
— Товарищ генерал, а... это кто был, простите.
Генерал:
— Да это — Серёга, в училище вместе поступали. Лучшими друзьями там были. Койки рядом стояли. От патруля меня спас однажды — на себя всё взял. Тыщу лет не виделись, а вот — свела же судьба...
Майор:
— А как же так? Вы — уже генерал, а он — капитан до сих пор?
Генерал:
— Да вот как вам объяснить? — Достаёт из кармана коробок спичек, трясёт над ухом у офицеров... Спрашивает у полковника: — Слышишь — море шумит? — Так точно, товарищ генерал.
Спрашивает у второго полковника: — Слышишь — ракушки друг об друга скрипят? — Так точно, товарищ генерал, слышу.
Спрашивает у майора: — Слышишь — русалки поют? — Так точно, товарищ генерал, слышу отчётливо, даже слова разобрать могу...
— Вот. А Серёга — них[рена] не слышит.