Парикмахер: - Висок б...

- Слишком легкая смерть для Кощея, - подумал Иван-Царевич и вставил иглу в швейную машинку... пускай поколбасит!

Один немецкий переводчик хвастался, что идеально знает русский язык, переведет любую фразу. Ну, ему и предложили перевести на немецкий: "Косил Косой косой косой".
До сих пор мучается...

Мужик приходит к парикмахеру. Тот начинает его стричь, и вдруг мужик замечает, что парикмахер постоянно плюет на пол. Удивленный мужик спрашивает:
- Простите, но почему вы все время плюете на пол в своем заведении?
- Да мне по барабану, я все равно через неделю отсюда ухожу.
Через некоторое время, постригшись и расплатившись, мужик идет в угол, расстегивает ширинку и делает пипи. Парикмахер на него орет:
- Да что вы себе позволяете!
- Да мне по барабану, я ведь прямо сейчас отсюда ухожу.

В квартиру конченного алкоголикка -звонок в дверь. Он открывает-нет ни кого... Опускает голову- внизу на пороге что-то маленькое, в белом, с малюсенькой косой
. Он: -Так вот какая ты, Смерть!
Оно: -Нет, не бойся, я Импотенция!

Клиент парикмахеру:
– Почему ваша собака смотрит на меня с такой жадностью?
– Видите ли, время от времениЯ, на пол падают уши. Она их просто обожает.

Если у вас нет денег на стрижку, то на вопрос "чего не стрижешься?" следует отвечать "мой парикмахер заболел", и вот вы уже не заросший леший без денег, а успешный человек с личным парикмахером.

— Прикинь, постирал флешку вместе с джинсами в машинке, а на ней - почти все мои рассказы! Думал - все, придется заново писать. А флеха высохла и заработала, все читается. Как говорится — рукописи не горят!
— Это хорошие рукописи не горят, а твои - не тонут

- Ребёнку в школе задали нарисовать мир глазами кузнечика. Пойти курнуть, что ли?
- Нарисуй лягушку с косой.

- Абрамчик, а шо бы вам не жениться на нашей Розочке? Ну и шо, шо немного косая!
- Хе, немного, да она когда плачет, у нее слезы текут и по груди, и по спине!

Ты знаешь, первый седой волос я заметил у себя на виске утром, глядя в зеркало в туалете. Мне было тогда двенадцать лет. Как раз накануне вечером меня позвал отец, и сказал: «Слушай, сын. Садись. Надо поговорить. Мы тебя обманывали, когда говорили, что тебя принес аист. Сейчас я расскажу, как все было на самом деле».