Перрон. Еврей, прощаясь с Одессой, высунул голову в окошко. Проходя мимо, какой—то жлоб, как даст ему в ухо. Еврей: — Ты что это, серьезно? — Да! — Ну, тебе повезло! А то я шуток не люблю!
Старое советское: Грузин - это звание, еврей - это призвание, цыган - это профессия, а русский - это судьба. Цыганам все подают, но их никто не любит. Евреи сами все достают, и их никто не любит. Грузинам ничего не нужно, у них все само растет, их тем более никто не любит. Русские всем подают и их за это никто не любит.
Один коммерсант разорился, и с горя решил покончить с собой. Чтобы было наверняка, он принял яд, повесился на мосту (чтобы утонуть, если оборвется веревка), и в момент прыжка с моста выстрелил себе в голову. Пуля, не попав в голову, перебила веревку, самоубийца упал на выплывшую как раз из-под моста баржу с сеном, даже не ушибшись, от запаха сена и пыли его вырвало и яд не успел подействовать.
Абрам пришел поздно вечером к Мойше в гости. Сидят, разговаривают. Хозяин предлагает: - Давай свет выключим, мы и так друг друга услышим, и электричество зря жечь не будем. Мойша согласился. Через час Мойша собрался уходить. Абрам встал, чтобы включить свет и проводить гостя. Мойша: - Подожди, Абрам, дай сначала одеться – я штаны снял, чтобы зря не протирать.
У одесского портного: - Семён Маркович, Бог за семь дней создал мир, а вы целый месяц шили мне брюки. - Молодой человек, вы только посмотрите на этот мир… и на эти брюки!
Жена еврея вернулась с курорта. Он ее спрашивает: - Сара, ты ездила на море вместе с подругой, почему она загорела, а ты бледная? - Абрам, так к той уродине кроме загара никто и не приставал...
Проснувшись утром в субботу, Штирлиц подумал: — Как хорошо вчера с Мюллером и Айсманом в отделе посидели. Вроде и выпили немало, а голова совершенно не болит, да ещё суббота и воскресенье впереди! Голос Копеляна за кадром: — Он и не подозревал, что уже вторник...
- Семён Маркович, а вы что молчите? Выскажите своё мнение. - Спасибо, нет. Ещё скажу какую-нибудь глупость, а вы обидитесь. - Так вы не говорите глупости, скажите что-нибудь умное. - Ну, тогда вы меня вообще возненавидите.