По ночам, у холодильника случается ...

Скачет Илья Муромец по пустыне, устал, силы на исходе, видит вдали оазис вода и еда, и там же Змей Горыныч. Илья Муромец достал свой меч и в бой со Змей Горынычем. Бьётся день и ночь с ним в жестоком бою. На третий день Змей Горыныч спрашивает у Богатыря:
– Да что ж тебе надо от меня?
– Да пить я хочу.
– Да пей, х*ли ты до*бался-то?!

Мысли домашнего кота:
- Хозяйка хахаля привела. Всю ночь с ней спал. На моём месте... Сейчас на кухне закрылись, меня не пускают... Из моей миски, наверное, жрёт...

Сделайте фотку содержимого холодильника перед поездкой в супермаркет, чтобы не покупать лишнего.

- Что такое социализм?
- Это когда в магазинах пусто, а в холодильниках густо.
- А капитализм?
- Это когда наоборот.

- Что не спишь-то в два часа ночи?
- Не романтику не понять. Цветок полуночи раскрывается к двум часам, и ты дышишь звёздами, вспоминаешь несбывшееся...
- Жрать хочешь?
- Да.

1 января.
На столе записка:
– С Новым Годом! Рассол в холодильнике. Холодильник на кухне.

Белые ночи! Дамы уламывают кавалеров!

Ночь. Кладбище. Раздаются жуткие звуки. Из могилы вылазит скелет и стучится в соседнюю.
- Гоги, слющий, выхады, пайдём па Маскве пагулаем, вина випьем, шащлик скущаем, а?
Отряхиваясь, вылазит второй скелет и они направляются к выходу. Вдруг Гоги стучит себя костяшкой по голове, бежит назад, взваливает на спину могильную плиту и идёт обратно.
- Вах, дарагой, зачем плита тащишь?
- Эээ... Нэльзя нам па Маскве бэз дакументов!

В Библии написано, что дождь шел 40 дней и 40 ночей.
Они назвали это страшной катастрофой.
В Питере это называется лето.

- Ну что, Саня, в субботу вечером в библиотеку идем? Как в какую? В загородную, конечно. Она до двух ночи работает, и у нас там знакомый библиотекарь есть. Помнишь, который в прошлый раз с подносом ушел и все книжки между столиками разлил? Я ему уже звонил. Попросил приготовить три брошюры о Петрове-Водкине.
- Ты с ума сошел, Петь, три брошюры о Петрове-Водкине на двоих! Это же какие мы с тобой начитанные оттуда уползем. К тому же я теперь, сам знаешь, ничего, кроме Сухово-Кобылина, не читаю.
- Сень, ты что? Сухово-Кобылина вместе с Петровым-Водкиным читать нельзя. Это все равно что сказки Ершова на ночь читать. Наутро будешь чувствовать себя коньком-горбунком!