Подведение итогов учений ВДВ.Генера...

Дедушка выиграл миллион в лотерею. Журналисты просят его поделиться ощущениями.
— Ну, что я могу сказать... Я рад, что у меня теперь появилась большая и любящая семья.

"Ректоры петербургских ВУЗов"™ признали учение о непередаче государственных музеев в пользование РПЦ лженаукой, а последовалей этого учения - одержимами дьяволом, которым место на костре.

В уборке улиц Москвы от снега задействованы 7 тысяч единиц спецтехники.
В прошлом году сообщалось о задействовании 9 тысяч единиц спецтехники.
В неравном бою со снегом потеряно 2 тысячи единиц. Мы несем потери...

А ведь название журналистов «акулы пера» давно уже устарело....сегодня современные журналисты - это скорее уже «дятлы клавиатуры»…

Летит экипаж. Тут командир задаёт загадку молодому второму пилоту:
- Я пока пойду посру, а ты подумай, уменьшится ли за это время общий вес самолёта?
Ну молодой сидит, размышляет: "Так как туалетная система закрыта, то говно никуда не денется, а значит, вес останется прежним". Так и доложил командиру. А тот и отвечает:
- Дурак ты, молодой! Конечно уменьшится, ведь пока я ходил, самолёт сжёг топливо... А ты всё о говне думаешь.

— Послушайте, — выходит из себя доцент, ставя двойку студенту, который в третий раз проваливается на экзамене, — почему вы не работаете? В конце концов, от учения еще никто не умер! — Я знаю, — говорит студент, — но лучше не рисковать.

На больших военных маневрах в СССР роте спецназа ГРУ была поставлена задача форсировать реку. Подходят они к мосту, на трафарете надпись "Мост взорван". За их действиями наблюдает генерал в бинокль. Рота пару минут потопталась на месте и... пошла по мосту. Генерал в бешенстве! Присмотревшись в бинокль, он увидел на спине последнего бойца трафарет "Мы плывём".

Получаю алименты 2 500 руб, а пенсия по потере кормильца составляет около 9 тысяч... эта мысль не дает мне покоя.

Ротный перед взводом на учениях по тактике:
– … И вот представьте, что из-за того угла вылетает винтикрыл…
– Товарищ капитан, наверно, не винтикрыл, а вертолёт.
– Фамилия?
– Петров, товарищ капитан.
– Выйти из строя! Лечь, встать, лечь, встать, лечь, встать, встать в строй!… И этот винтикрыл… сбрасывает на вас едрёну бомбу…
– Товарищ капитан, наверно, не едрёну бомбу, а ядерную.
– Фамилия?
– Петров, товарищ капитан.
– Выйти из строя! Лечь, встать, лечь, встать, лечь, встать, встать в строй!… И вот этот винтикрыл бросает на вас едрёну бомбу, ваши действия?
Из строя:
– Надену противогаз…
– Лягу ногами к взрыву, накрывшись плащ-палаткой…
– Спрячусь в окоп поглубже…
– Буду спасать командира…
– Фамилия?
– Петров, товарищ капитан.
– Выйти из строя! Взво-о-од! Лечь, встать, лечь, встать, лечь, встать…

Поезд дальнего следования. Зима. Сибирь. В тёплом купе едет генерал из очередной проверки со своей свитой — пара полковников и майор. В купе натоплено — вышли в холодный тамбур — покурить. Поезд останавливается, выбегает проводница — "Мущщины отойдите, полминуты стоим не мешайте высадке... ", — открывает дверь... За дверью — вьюга, полустанка за метелью не видно... Фонарь одинокий мотыляется на ветру... Выскакивает в тамбур какой-то капитан с чемоданом, кидает чемодан наружу и собирается прыгать следом.
Генерал:
— Серёга? ТЫ?
Капитан, оборачиваясь:
— Колян, [дол]бать-колотить, ты-то как здесь?
— Да я вот с проверки еду, а ты-то как...?
— А сюда служить приехал, извини — поезд трогается, увидимся.
Поезд отъезжает, генерал молча курит, свита молчит...
Майор:
— Товарищ генерал, а... это кто был, простите.
Генерал:
— Да это — Серёга, в училище вместе поступали. Лучшими друзьями там были. Койки рядом стояли. От патруля меня спас однажды — на себя всё взял. Тыщу лет не виделись, а вот — свела же судьба...
Майор:
— А как же так? Вы — уже генерал, а он — капитан до сих пор?
Генерал:
— Да вот как вам объяснить? — Достаёт из кармана коробок спичек, трясёт над ухом у офицеров... Спрашивает у полковника: — Слышишь — море шумит? — Так точно, товарищ генерал.
Спрашивает у второго полковника: — Слышишь — ракушки друг об друга скрипят? — Так точно, товарищ генерал, слышу.
Спрашивает у майора: — Слышишь — русалки поют? — Так точно, товарищ генерал, слышу отчётливо, даже слова разобрать могу...
— Вот. А Серёга — них[рена] не слышит.