После бракосочетания Оксаны Фёдоров...

В сексшопе:
- Дайте мне, пожалуйста, вон ту резиновую женщину!
- Пожалуйста.
- Скажите, а какая у нее дата изготовления?
- Январь 2007 года.
- Водолей? На фиг, на фиг!

Оксана - мужу: - До каких пор ты будешь шляться по бабам?! У нас уже трое детей, и ещё ни одного от тебя!

Иисус Христос оглядывает с сомннением толпу страждущих, пару хлкбов и пяток крупных карасей.
Потом внимательно смотрит на стоящего в стороне и от толпы и от учеников, никчемного на вид замухрышку и вдруг обращается к нему
- Простите, я хотел бы попросить Вас разделить с нами трапезу:
- Я? Со мной? Разделить? На меня? Но я же полный ноль!
- Вот именно, - улыбается Спаситель, - и у нас появятся шансы накормить всех...

Месяц без пива - это всё херня! Передачу "Спокойной ночи, малыши" знаете? Так вот, прикиньте, какая выдержка должна быть, чтобы вертеть в руках куклой Хрюшей, сидя под столом между ног "Мисс мира" Оксаны Федоровой, и при этом ещё умудряться слова не забывать!

В "Магните" появились кассы самообслуживания, а это значит, что после филфака шансов найти работу стало еще меньше.

- Тук-тук!
- Кто там?
- Это я, твой шанс!
- Неправда, шанс два раза не стучится...

Зайдешь в сберабанк - очередь. На почту - очередь. В поликлинику - тоже очередь... И даже в супермаркете, даже там - гребанная очередь!
А ведь, Вы, Борис Николаевич, говорили нам, что при капитализме очередей не будет. Обманули, Борис Николаевич!

Штирлиц наслюнявил карандаш и вывел на бумаге:
- Здравствуй, Оксана!
"Нет,- подумал разведчик,- не так". Он тут же смял бумажку и съел.
- Здравствуй, Юля!
"Опять не то",- подумал Штирлиц, съедая вторую бумажку.
- Здравствуй, Ира!
"Черт, совсем память отшибло - как же ее звали? - Штирлиц съел и эту бумажку.- Ну вот, по крайней мере, теперь я сыт".
- Вы знаете,- сказал Штирлиц связному,- рисковать не будем. Передайте моей жене все на словах. Скажите, мол, я люблю ее, жду-недождусь встречи с ней, ну, и все такое прочее...

Алкоголь на Оксану не действовал, а воспитание не позволяло. Поэтому она просто притворялась пьяной и доступной.

Наина Иосифовна выглядывает утром из кремлевского окна и кричит: — Борис Николаевич, ты видел, что Москва—реку заасфальтировали! — Это я, понимаешь, распорядился, что бы Зюганов на "Авроре" к Кремлю не подплыл!