Мчится поезд. Вдруг машинист видит, что на путях стоит еврей. Неожиданно поезд сходит с рельс и через поле мчится к лесу. В кабину машиниста врывается испуганный начальник поезда: — Ты чего, с ума сошел? — Понимаете, — объясняет машинист, — еду я, вдруг вижу на путях еврей стоит... — Так и надо ж было давить его! — восклицает начальник поезда. — Я и хотел, а он к лесу побежал!
У вождя племени людоедов берут интервью. Журналисты задают массу вопросов. Вождь охотно отвечает, рассказывает... — Ну, а теперь последний вопрос: скажите, как Вы относитесь к евреям? — Вы знаете, я считаю антисемитизм глупейшим предрассудком. Евреи абсолютно такие же люди, как и все другие! Я и племени своему это постоянно объясняю. Но не едят!
- Семён Маркович, приходите с женой к нам на Новый год. - Спасибо за приглашение, Сара Абрамовна, но мы не сможем. - О, как это любезно с вашей стороны...
– Абрам, ты что охр*нел, что это за подарок?! – Роза, шо ты хочешь?! Ты на 23 февраля заштопала мене носки и сказала, шо они как новые. Сегодня я тебе наточил ножи и они тоже, как только из магазина.
Абрам встретил Сару, отдохнувшую в санатории, на вокзале, пришли домой, Абрам берёт телеграмму со стола и, тряся ею перед носом Сары, говорит: - Читай! Сара читает: - Абрам, завтра приезжаю в 15-40, встречай. Твоя любимая Сара. Абрам: - Ну и зачем ты написала "Твоя любимая Сара"? Сара, растерянно глядя на телеграмму шепотом спрашивает: - А что, уже нелюбимая? Абрам: - Дура! Ты за три лишних слова переплатила!
Старый еврей впервые в опере. Дают "Евгений Онегин". Достает соседа вопросами: — Скажите, это кто? — Это Онегин. — А он еврей? — Н-н-ннет... — Хм... — А это кто? — Татьяна. — А она — еврейка? — Нет! — А это кто? — Ленский, Владимир! — А он еврей? — Да, да еврей! — Вот увидите, его убьют!
Умер старый еврей. Вскрыли его завешание, читают: "Дочке моей, Сарочке, оставляю 100 тысяч долларов и дом. Внучке моей, Ривочке, оставляю 200 тысяч долларов и дачу. Зятю моему, Шмулику, который просил упомянуть его в завешании, упоминаю: Привет тебе, Шмулик!.."