Проходит старый еврей к раввину:- ...

Девушка обращается к еврею:
- Мойша, можно я задам тебе вопрос?
- Какой?
- Когда мы, наконец, пойдем в кино?
- Нельзя.

По деревне бегали евреи и всех пугали своими обрезами.

Из еврейской жизни в Англии:
— Как живешь?
— Плохо. Моя жена спит с лордом Стэнли.
— Это таки плохо.
— Правда, я сплю с его женой.
— Это хорошо!
— Хорошо? У меня от него уже двое детей!
— Это таки плохо.
— Но у него от меня тоже двое детей.
— Ой, так вы же в расчете!
— Хорошенькое «в расчете»! Я ему делаю лордов, а он мне делает евреев!

Сынишка банкира Рабиновича проглотил золотую монету. Через три дня банкир вызывает врача. — Почему вы не вызвали меня сразу? — удивляется врач. Рабинович, гордо: — Я не хотел, чтобы люди подумали, что монета нужна мне срочно!

Исходя из того, что сокровища фараонов до сих пор не найдены, евреи ушли из Египта не с пустыми руками.

Кто-то спросил раввина:
- Почему Иисус не захотел родиться в Америке двадцатого века?
Раввин пожал плечами:
- В Америке? Это было бы невозможно. Прежде всего, где бы вы нашли девственницу? А во-вторых, где бы вы нашли трех мудрецов?

Еврей в Центральном телеграфе:
- Мне, пожалуйста, звонок в Нью-Йорк, на 5 секунд!
Телефонистка пожала плечами, но заказ приняла. Раздаётся звонок, еврей подходит к телефону:
- Моня, ты какаешь?
- Да!
- Всё, пока!
У телефонистки челюсть отвисла, а еврей говорит:
- А что вы удивляетесь? Какает - значит кушает! Кушает - значит деньги есть! Деньги есть - значит всё хорошо!

Раннее лето, утро, солнце, обалденная погодка. Выходит на улицу старый еврей, видит обалденную радугу. Грустно качает головой:
- Нет, ну надо же! На это у них деньги есть!

Одесса. Привоз.
- Мадам, посмотрите, какой шикарный молочный поросёнок! Если при этом его ещё и правильно приготовить, то ваш муж будет в восторге!
- Мы свинину не едим.
- Так вы евреи?
- Хуже! Мы - бедные евреи...

В поезде на полке лежит полная пожилая еврейка и стонет: – Как я хочу пи—ить, как я хочу пи—ить… И так полчаса. Парню, который также ехал в том же купе, надоело ее слушать, и он принес воды. Еврейка попила и стала стонать: – Как я хотела пи—ить, как я хотела пи—ить…