Провёл Сердюков планерку, решил зай...

В офис входит начальник и говорит секретарше указывая на своих спутников:
- Так, мне чай, а этим трем иностранным козлам - кофе...
Голос из кабинета: - Двум козлам, я переводчик...

Разговор на въезде в Москву:
- Что везёте?
- Сахар.
- Куда?
- В Кремль.
- А может это взрывчатка?
- Нет. Правда сахар.
- А вы точно в Кремль?
- Точно.
- Подождите. Дадим вам взрывчатку.

Призывная комиссия в военкомате. Кабинет хирурга. Входит хромой призывник. Хирург:
- Врождённая травма? Нет записей в карточке. Когда травмировались?
- Да уж года два хромаю, сломал правую ногу, никуда не обращался. Ну вот так...
- И без тросточки ходите?
- Терплю...
- Ага. Ну вот вам трость. Попробуйте.
Тот берёт трость в правую руку и шагает по кабинету.
- Ну как?
- Получше, но как-то всё-таки неудобно.
- Конечно, неудобно. Ведь инвалиды с больной правой ногой всегда носят трость в левой руке! Годен!

Лишь два человека говорили о шефе исключительно комплименты: главбух и сисадмин. Одна оплачивала, а другой устанавливал подслушивающие жучки в кабинетах.

От знаний еще никто не умирал.
Хотя скелет в кабинете биологии настораживает.

Выходит как-то Маяковский из бара с двумя пьяными девками, а в луже перед баром лежит пьяный мужик. Девки заверещали:
- Володя, вы же можете про всё что угодно стихи сочинить. Сочините, пожалуйста, что-нибудь про этого бедного мужчину! Ну пожааалуйста...
Маяковский походил, походил, встал в позу и говорит:
- Лежит безжизненное тело на нашем жизненном пути...
Тело в это время приподнимает голову и говорит:
- А вам то, блин, какое дело? Могли бы взять да обойти.
Маяковский задумчиво:
- Пошли, девочки, это Есенин...

Я не знал, насколько ты извращенка, пока не нашёл у нас дома томик "Камасутры". Ты бы, конечно, отмазалась, но поправки и дополнения на полях сделаны твоим почерком.

Есть на Смоленщине небольшая деревенька, населенная главным образом старушками-божьими одуванчиками.
На въезде висит знак: на белом фоне название - "ЕСЬКОВО", а снизу заметная приписка - "Но некому..."

Отделение милиции, кабинет следователя.
- Ну что, господин Сидоров, радуйтесь - мы нашли вашу машину.
- Не может быть! Как же я рад, спасибо, спасибо большое!
- Правда, есть одна маленькая неувязочка: у вас угнали "Мерседес", а мы нашли вам "Жигули".

Устроился на корабль новый юнга. Вечером заходит в кают—компанию — а там на стене нарисована женщина в чем мать родила нагнувшись, и в стене дырка просверлена. К ней очередь из матросов стоит... — А можно и мне тоже? — Конечно! Попробовал... — Ух ты! Как живая! А можно я завтра приду? — Приходи... — А послезавтра? — Давай—давай! — А после послезавтра? — Нельзя! — А почему?! — После послезавтра твоя очередь за картиной стоять...