В цветочный магазин заходит покупатель и просит продать ему горшок с геранью. - К сожалению, герани у нас сегодня нет, - отвечает продавец, но, может быть, вас устроят хризантемы - они намного красивей и, наверняка, удовлетворят вкусу той, кому вы их подарите. - Увы, отвечает покупатель, Хризантемы не подойдут, я обещал жене поливать герань, пока она гостит у матери.
- Ты слышал, Рабинович после ЗАГСа с молодой женой сразу улетает на острова. Это так романтично. - И практично. Собрал подарки, а на стол и ресторан тратиться не надо.
- Сынок, ты уже почти взрослый. Поэтому я хочу поговорить с тобой о Деде Морозе... - Мам, да я знаю, что Деда Мороза не существует. - Знаешь? И то, что мы втроем живем на одну зарплату твоего отца тоже знаешь? Тогда почему ты, будучи безработным, решил жениться?
1 января девушка пришла домой утром. Мать строго спрашивает её: – С кем ты всю ночь шлялась? – С Дедом Морозом, – недовольно отвечает дочь. – Как тебе не стыдно, – шататься со старым мужчиной?! Неизвестно, что от них можно ожидать… – К сожалению, ничего кроме конфет, мама…
Изя Гольдберг получает по почте приглашение от Рабиновича на свою серебряную свадьбу. В конце приглашения написано: "Тем друзьям, которые не смогут к нам придти, подарки будут возвращены". Изя говорит жене: - Надо что-то подарить, не прислать подарок неудобно. Но есть выход - мы к Рабиновичу не пойдем. Подарок-то должны вернуть. Короче, Изя идет к соседу и просит одолжить на несколько дней рокошный и страшно дорогой серебряный канделябр. Отсылают этот канделябр Рабиновичу. Проходит три дня, пять дней, неделя, две - канделябр не возвращается. Еще через неделю Изя говорит жене: - Забыл, видно, Рабинович обо мне и канделябре. Зайду-ка я к нему и ненавязчиво намекну. Заходит. Рабинович встречает его с распростертыми объятьями: - Ну, наконец-то, дорогой. А я как раз сегодня жене говорю - если наш Изя и сегодня не сможет к нам придти, вечером - отсылаем канделябр.
Рабинович сидит в варьете рядом с незнакомым господином. Выступает конферансье. Рабинович поворачивается к соседу и шепчет: - Явно один из наших! Потом выходит певица. - Тоже из наших, - говорит Рабинович. На сцене появляется танцор. - Тоже из наших, - заявляет Рабинович. - О, Господи Иисусе! - в ужасе стонет сосед. - Этот тоже из наших, - подтверждает Рабинович.