Рабинович, одолжите пять рублей!...

Проблема зрелых мужчин - геморрой. Но расположен он не в заднице, а рядом, на двуспальной кровати...

Еврей прослужил пару недель и просится в отпуск.
— Нельзя, — ему говорят, — соверши какой-нибудь подвиг!
— А если танк арабский пригоню — пойдет? — спрашивает.
— Танк годится — отвечают.
Наутро еврей пригоняет арабский танк. Ему без разговоров оформляют отпускные документы — езжай, мол. Но тут кто-то спросил:
— А как ты танк пригнать сумел?
— Очень просто: сел на свой танк, поехал к арабам и крикнул: "Кто в отпуск хочет — давай машинами меняться! . .

Если Мойша желает провести отпуск на даче в лесу и пособирать там грибы, а его жена Циля на море, то они всегда находят компромисс и всей семьёй едут Египет. Но Мойше всегда разрешают взять с собой корзину для лесных грибов.

Только взяв ипотеку, Дима Сидоров понял, что врождённые три почки - это не проблема, а дар божий.

В магазине канцтоваров:
- У вас тетради в клеточку есть?
- Нет!
- А карандаши?
- Нет!
- Ластики, линейки?..
- Нет!
- Да что же это такое?! Дайте жалобную книгу!
- Пожалуйста, двадцать рублей, платите в кассу.

Афганский старейшина договаривается с американским генералом об установлении демократии в его отдельном взятом кишлаке:
- Ну рыночная экономика - базар у нас уже есть, понимаешь, да? А вот где нам взять сексуальные меньшинства, нет у нас таких помоги дарагой?
- Армия соединенных штатов америки для решения этой проблемы направляет в ваш кишлак спецназ "Голубые маски". Только смотри: демократия без извращений - это преступление.
- Зачем обижаешь? Ишака будем им приводить, хорошо, да?

- Яша, Ви таки слишяли, говорят шо от поноса помогает морковь?
- Сеня, та я даже представить боюсь каким образом....

Учитель математики пришёл в школу в плохом настроении, спрашивает со злостью в голосе:
- Сидоров, назови двузначное число.
- Девяносто семь.
- А почему не семьдесят девять? Садись, два. А теперь ты Иванов.
- Сорок пять.
- А почему не пятьдесят четыре? Садись, два. А что скажет Рабинович?
- Тридцать три.
- А почему не... Опять ты со своими еврейскими штучками!

Старый еврей впервые в опере. Дают "Евгений Онегин". Достает соседа вопросами:
— Скажите, это кто?
— Это Онегин.
— А он еврей?
— Н-н-ннет...
— Хм...
— А это кто?
— Татьяна.
— А она — еврейка?
— Нет!
— А это кто?
— Ленский, Владимир!
— А он еврей?
— Да, да еврей!
— Вот увидите, его убьют!

Париж. Светофор где-то в районеЕлисейских полей. Красный свет. Левый ряд — шестисотый мерседес, а в нем Изя. Правый — "Пежо", и в нем Мойша.
У обочины — Абрам на велосипеде.
Оглянулись, узнали друг друга. Радость неимоверная:
— Здравствуйте, родные! А вы помните Одессу? Шестую школу? Ой, сколько лет...
— Это надо отметить! Идем в "Мулен Руж" — и немедленно!
Абрам, сокрушенно:
— Боюсь, у меня на этот кабак денег не хватит.
— Ой, Абраша, к чему эти условности между старыми друзьями? Ну, есть не будешь, просто посидишь!