Рабинович, а шо вы имеете сказать...

Hа международном конкурсе йогов первое место занял
товарищ Рабинович, который 73 года живет, затаив дыхание

Если в командировке не изменяешь жене, это любовь или уже старость?

- Девушка, а вы верите в любовь с первого взгляда?
- Да, а что?
- Отлично! Это сэкономит нам кучу времени!

— Да знаю я вас. Вам всего лишь сделали комплимент, а вы уже нафантазировали белое платье, кучу детей, совместную старость и стакан воды. — Да? А я вот что тебе скажу. Вчера он в разговоре упомянул женское имя, свою старую знакомую. А я уже мысленно их застукала, убила, трупы спрятала, потом все—таки пришла в милицию с повинной, отсидела 10 лет и вышла. Что ты знаешь о женских фантазиях!

- Была я сейчас в пещере ужасов - это аттракцион такой. Там с жутким скрипом открывается крышка гроба, встает в меру сгнивший мертвец. Открывает глаза, издает сдавленный вскрик, ложится обратно, спешно захлопывая крышку.
Я что, такая страшная?

Не отрывая глаз от тумбочки, на которой лежали накладные ногти, ресницы, парик и вставная челюсть, он плакал и молился:
- Господи, спаси меня от того, что сейчас выйдет из ванной!..

Детство – разбитые коленки.
Молодость – разбитая любовь.
Старость – разбитые мечты.

Жил-был в советские времена некий дворник — колоритнейшая личность с роскошной окладистой бородой. И так он был похож с этой бородою на
Карла Маркса, что люди на него приходили со всей столицы полюбоваться. Дошло сие безобразие до ведома компетентных органов.
Пришли к нему товарищи в штатском и говорят:
"Вы, это... сбрили бы, это самое... "
Дворник, степенно оглаживая предмет конфликта, ответствовал: "Ну, положим, бороду я сбрею. А умище-то куда девать? "

Рабинович молится: "Господи, пошли мне много денег. А если не можешь, то нашли хотя бы склероз на моих кредиторов".

Житель Бердичева Рабинович приезжает в Одессу и хочет за углом справить малую нужду. К нему подходит милиционер и объясняет, что в Одессе это делать запрещено. Рабинович в отчаянии мечется по улицам - и вдруг видит вывеску еврейского доктора. Он тут же вбегает к нему в кабинет.
- Доктор, - вопит он, едва сдерживаясь, - я не могу пописать!
Доктор приносит сосуд и говорит:
- Сейчас мы возьмём пробу... Погодите, но вы же запросто это делаете!
- Конечно, - соглашается Рабинович, - но только когда мне разрешают.