Самый хитрый еврей специально умер ...

- Софочка, голубушка, вы мне по старой дружбе в долг не дадите?
- Семён Маркович, я очень извиняюсь, но я таки вынуждена уточнить: в долг - это куда?

Еврей прослужил пару недель и просится в отпуск.
— Нельзя, — ему говорят, — соверши какой-нибудь подвиг!
— А если танк арабский пригоню — пойдет? — спрашивает.
— Танк годится — отвечают.
Наутро еврей пригоняет арабский танк. Ему без разговоров оформляют отпускные документы — езжай, мол. Но тут кто-то спросил:
— А как ты танк пригнать сумел?
— Очень просто: сел на свой танк, поехал к арабам и крикнул: "Кто в отпуск хочет — давай машинами меняться! . .

— Добрый вечер, Сара Абрамовна! Как ваша головная боль? — Ой, он ушёл к Моне играть в карты…

Едут в одном купе негр и еврей. Негр разворачивает газету на иврите и начинает ее внимательнейшим образом читать. Еврей некоторое время в состоянии полной фрустрации все это созерцает и наконец выдает: — Я, конечно, дико извиняюсь, но Вам шо мало, шо Вы негр?

Оперный театр. Дают "Евгения Онегина". В одном из первых рядов
сидит старый еврей с женой. Через некоторое время он засыпает.
Его расталкивает жена:
- Пока ты тут спишь, Ленский Онегину послал вызов.
- И что, он едет?

Вот нравятся мне наши политические ток-шоу: соберутся несколько евреев из разных стран, разбавленные парой армян, и давай переживать за судьбы русского народа…

Сомалийские пираты захватили яхту Абрамовича, после чего, заплатив выкуп, были отпущены олигархом на свободу.

Армянин выпустил джинна. Джинн ему говорит, что любое одно желание исполнит. Армянин:
- Хочу видеть, как моя мама дарит моей дочери колье стоимостью в 1 млн. долларов, купленное с ее месячной пенсии, сидя в своем Мерседесе, припаркованном у моей виллы на берегу
Средиземного моря...
Джинн:
- М-да-а-а, евреям есть чему поучиться...

— Сема, иди уже, виброси мусор.
— Софочка, мне нельзя – я болен, у меня кардия.
— Сема, ты жалкий симулянт! Такой болезни нет! Какой идиет поставил тебе такой диагноз?
— Софочка, этот идиет – твой любимый доктор Шмулевич. Он мне так и сказал: "У вас, Семен Маркович, таки кардия".