Умирающая Сара говорит Абраму: — Не живи один, обязательно женись. Месяц погорюй, но обязательно найди себе женщину и женись. — Сарочка, проси все, что хочешь, но только не это. Лучше тебя я все равно не найду, а такая, как ты, мне на фиг не нужна.
- Сарочка, скоро мы будем жить в дорогой квартире, как ты хотела! - Сёмочка, ты таки купил апартаменты в элитном доме на Маразлиевской? - Нет, мы остаёмся на Молдаванке, но нам таки повысили квартплату.
Одесса. Привоз. - Вот смотрю я на вас, Сарочка, и думаю - что таки аппетитней: вы или ветчина вон на том прилавке? - Жора, а вы не думайте, вы пробуйте...
Это произошло в двадцатые годы. Следователь Шейнин вызвал одного еврея. Говорит ему: — Сдайте добровольно имеющиеся у вас бриллианты. Иначе вами займется прокуратура. Еврей подумал и спрашивает: — Товарищ Шейнин, вы еврей? — Да, я еврей. — Разрешите, я вам что-то скажу как еврей еврею? — Говорите. — Товарищ Шейнин, у меня есть дочь. Честно говоря, она не Мери Пикфорд. И вот она нашла себе жениха. Дайте ей погулять на свадьбе в этих бриллиантах. Я отдаю их ей в качестве приданого. Пусть она выйдет замуж. А потом делайте с этими бриллиантами что хотите. Шейнин внимательно посмотрел на еврея и говорит: — Можно, и я вам что-то скажу как еврей еврею? — Конечно. — Так вот. Жених — от нас.
В Одессе: - Рабинович, вчера в оперном театре я видел вашу супругу. Она так кашляла, что все на неё оглядывались. У неё что, хронический бронхит? - Нет, у Сарочки новое платье.